— Нет, не извиняйся. Всё в порядке. Ты можешь иногда много говорить, но я всё равно тебя люблю.

Кивнув, я скрестила руки и устроилась поудобнее на своем жёстком деревянном стуле. Место было прекрасным, потолок был чистым и открывал вид на заходящее солнце. Звезды впервые появились на небе, и это был наш момент, чтобы наблюдать за ними, как они всегда наблюдали за нами. Все столы были из темного красного дуба с небольшими скатертями. В центре стола стояли огромные вазы, полные роскошных цветов, таких как распустившиеся красные розы и извилистые тюльпаны. Под потолком парили шары света.

Вокруг нас люди сверкали друг на друга взглядами и отдавали распоряжения официантам. Они были надменны, задирали носы к небу, сжимали челюсти, на их лицах регулярно появлялись хмурые выражения. Большинство, хотя и не все, выглядели несчастными, и я невольно задавалась вопросом, не выгляжу ли так же.

— Расскажи о своём дне. Как он прошел? Тебя снова доставали? — спросила я, изо всех сил стараясь сосредоточиться. Тэлон поднес руку к подбородку, потирая отрастающую бороду, и его взгляд блуждал.

— Они не хотят видеть меня в качестве лидера. Я молод, неопытен, только что закончил учебу и являюсь для них плохим предзнаменованием. Никто ещё не убивал основной род, не говоря уже о трех.

Вздрогнула, стараясь не показывать своего дискомфорта. Он говорил об этом так непринужденно. Я ревновала. Когда же наконец меня перестанет мучить отсутствие семьи? Когда я оправлюсь?

— Это просто выглядит неважно. Думаю, некоторые из них считают, что Зейд не заслуживают той власти, которой мы обладаем. Что мы больше не можем оправдать своё место за столом, — выдохнув, он выпрямился, взял салфетку и положил её на колени. — В любом случае, им не нравится меня слушать, но сегодня мы провели целую тренировку, и никто не стал грубить, так что это хорошо.

— Прости, хотелось бы, чтобы они видели в тебе то, что вижу я. Ты более чем способен руководить ими. Тебя воспитывали для этого всю жизнь, — я протянула руку через стол, схватила его и крепко сжала. Он выглядел таким подавленным и уставшим, но моё прикосновение, казалось, оживило его. Он озарился, его улыбка снова стала широкой, глаза снова сфокусировались на мне — этот янтарный взгляд, огненный и тёплый.

— Ты всегда поднимаешь мне настроение, Супернова, — он схватил мою руку и снова поцеловал костяшки пальцев, как раньше, и на этот раз мои щеки покраснели от этого. — К тому же, ты же понимаешь. Ты, как никто другой, можешь меня понять. Мы вдвоем будем доказывать им обратное снова и снова, пока они тоже не пожалеют, что не увидели в нас то, что мы видим друг в друге.

Я не совсем в это верила. Они примут Тэлона однажды, это само собой разумеется. Он станет старше и мудрее, будет учиться и расти. Имя Зейд никогда не потеряет своей важности и ценности — никогда не исчезнет. Меня же, наоборот, никогда не примут. Даже сейчас я чувствовала, что во время моих наблюдений за заседаниями совета они часто обходили стороной некоторые вещи, как будто мне было что-то не позволено знать. Когда придет время стать генералом — если они вообще позволят мне дойти до этого — они будут следовать и уважать не меня, а Тэлона.

Официант подошел, чтобы принять наш заказ, протянув толстый кусок пергамента с красивым, длинным почерком, который было почти невозможно прочитать. Я выбрала первое, что попалось мне на глаза, не особо заботясь об этом. Тэлон был более точен, задавая вопросы о гарнирах, соусах, приправах и обо всем том, что я никогда бы не смогла себе позволить раньше. На самом деле, была почти уверена, что некоторые из этих вещей мы с семьей никогда в жизни не пробовали, и они никогда не попробуют, хотя я вот-вот собиралась это сделать.

Внезапно — очень быстро — у меня пропал аппетит.

— О, и пожалуйста, принесите к столу бутылку вина. Это особый случай, — сказал Тэлон, улыбаясь официанту, прежде чем отвернуться и снова посмотреть на меня.

— Особый случай? — спросила я, приподняв одну бровь. Что это за особый случай?

Тэлон одарил меня хитрой ухмылкой, с озорством на лице и загадками в глазах.

— Как захватывающе, загадка.

Неужели вы сейчас должны быть у меня в голове?

— Мы постоянно у тебя в голове. Это такое ужасное место.

— Тэлон, есть что-то, о чём мне нужно знать?

— Ну, прошло уже шесть месяцев с тех пор, как… ну, ты понимаешь, и я думаю, нам обоим не помешал бы отдых. Кроме того, есть ещё кое-что, о чём я хочу с тобой поговорить.

— О чём? — спросила, боясь ответа. Желая избежать его любой ценой. Это звучало как разговор о нашем будущем. Хотя я знала, что это неизбежно, всё ещё молча, тайно желала замедлить этот процесс.