Он видел, как Альтаир разрезал её пополам, и хотя он отказался рассказывать подробности, я знала, что это должно было быть отвратительное зрелище, судя по тому, как он заметно съёжился и затряс ногой, когда говорил об этом. А Альтаир лишь сожалел, что не сделал этого раньше. Такой разительный контраст с тем, что он сказал мне совсем недавно. Почему не стала осматривать его окровавленное тело, я не знала. Но если бы это сделала, может быть, смогла бы его остановить. Или, может быть, я бы просто убедила его убить меня. В конце концов, могла бы хотя бы…

— Супернова, — упрекнул Тэлон, переместив руку на мою голую спину. Я моргнула, возвращаясь в настоящий момент. — Куда ты делась в этот раз?

Хотя я всегда была склонна исчезать в своих мыслях, Тэлон в последнее время стал замечать мое отсутствие чаще. Но ничего не могла с этим поделать, мой разум никогда не отключался, и я постоянно чувствовала, будто борюсь сама с собой.

— Извини, просто думаю. Да, ужин звучит замечательно.

Он бы всё равно не принял отказ. Тэлон никогда не просил меня планировать свидания, готовить ужин или покупать ему подарки. Всё, чего он когда-либо хотел — это ответная любовь с моей стороны. Вот почему я почти каждую ночь спала в его доме, хотя меня часто мучили кошмары. Смерть была моим последним разумным оправданием для того, чтобы сохранить свой дом. Она ненавидела замок Зейд так же сильно, как и я. Когда приходила, она плакала всю ночь, её крошечное тельце дрожало у меня на груди в постели.

Тем не менее, я смирилась с этой жизнью. Однажды, вероятно, выйду за него замуж. У нас будут дети, которые, как я надеялась, будут похожи на маму или папу. Может быть, девочка с огненным характером Селесты. В конце концов, мне присвоят титул генерала, что, как мне казалось, каким-то образом приведет к своего рода двойному руководству с Тэлоном, поскольку основные роды так неохотно позволяли женщинам быть у власти.

Это будет скучная и потенциально ужасная жизнь, но я найду счастье там, где смогу. И он будет рядом со мной.

Тэлон был прав в одном: он понимал меня. Мы так много потеряли, и во многом остались одни друг у друга. Его дед тесно сотрудничал с ним, когда тот принял титул полковника и главы семьи Зейд, но Тэлон ненавидел этого человека, так что, по сути, были только мы.

И этого было достаточно.

— Отлично, я забронирую, — промурлыкал он, его пальцы скользнули между моих ног. — Какие у тебя планы на сегодня?

— После утренней тренировки буду, в основном, работать с алхимиками.

Он ввел палец внутрь меня, вознаграждая за согласие. За то, что я была хорошей.

— Превосходно, это не займет много времени, — его дыхание участилось, ещё один палец нырнул внутрь меня. У моего бедра я почувствовала, как он возбудился. — Думаешь, ты сможешь быть готова к семнадцати?

— Да, конечно.

Он поцеловал меня, его губы были твердыми и спокойными, другая рука жадно ласкала мое обнаженное тело, пока лежал сверху.

— Я так сильно тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, — ответила, желая, чтобы мои слова были искренними, как у него. Хотела бы почувствовать тот покой и надежду, которые, казалось, двигали его вперед.

— Что это даст? — спросил Дофрель, поднося флакон к лицу, его глаза были точно такими же яркими, как сапфирово-синий цвет жидкости.

— В идеале это поможет медикам самовосстанавливаться в бою, — я пожала плечами, не слишком уверенная в успехе эликсира.

— Это невероятно. Будет ли он как-то реагировать на их магию? — Зура склонила голову, говоря это.

— Надеюсь, но посмотрим.

Странная тишина поглотила пространство, несмотря на болтовню других алхимиков вокруг нас. В моей голове звезды начали свое непрестанное бормотание. Головная боль приближалась.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? — спросила Зура через мгновение, её лицо заметно сморщилось, когда она посмотрела на меня краем глаза.

— Не хочу об этом говорить, — резко ответила, приводя в порядок свое рабочее место, чтобы занять руки. Зура кивнула, похлопала меня по руке и вернулась к своему столу. Она умела давать мне пространство и всегда принимала мои извинения, хотя её прощение было незаслуженным.

— Нова, прошло ровно шесть месяцев, — голос Дофреля был мягким и успокаивающим, но меня это всё равно разозлило. Со стороны звёзд раздался смешок, их пронзительные голоса звенели в ушах. — Ты имеешь право испытывать эмоции по этому поводу.

— Я знаю, но это того не стоит. Мне нужно сосредоточить свою энергию на том, что впереди, а не на том, что позади.

— О, пожалуйста, мы оба знаем, что охота на Аза — единственное, что тебя поддерживает, а это значит, что нужно полностью обернуться назад.

— Даже не смей сейчас его защищать, — прошипела я, выхватывая флакон из его руки и начиная собирать свои припасы. Дофрель вздохнул, проведя рукой по своим коротким кудрям.

— Я не это хотел сделать.