— Нас обманули, Смерть, и теперь нам нужно уйти, — я держала её в руке, а другой начала рвать и кромсать свои карты. Скрывая всю собранную информацию. — Всё будет хорошо, но времени мало. Тэлон уже был здесь раньше, и он мог…

Громкий хлопок заставил меня замолчать, ноги замерли перед последней картой. Той самой, которую я купила у Арти, где обвела острова, на которых, как полагала, находился Альтаир. Смерть мяукнула впервые с тех пор, как я вернулась домой, и мне пришлось поспешно заставить её замолчать. Она зашипела, выскочила из моей руки и убежала в противоположный угол комнаты. С пола над нами доносились медленные, размеренные скрипы. Я замерла, не желая издавать ни звука.

— Нова, — крикнул Тэлон, растягивая слоги моего имени. Что-то громко треснуло, за этим последовал сильный удар. Слеза начала скатываться по нижней линии ресниц, я прикрыла рот рукой, чтобы не закричать. — Нова, где ты?

— Какой настойчивый мальчик.

Конечно, теперь они заговорят.

Тэлон продолжал крушить всё вокруг, крича:

— Нова, иди сюда прямо сейчас! Дай мне объяснить!

Откуда он знал? Что я сделала не так? Прошло не так много времени.

— Он ждал, пока ты это поймешь, внимательно следя за каждой твоей реакцией и словом. Надеялся, что это произойдет после твоей свадьбы. Такой восхитительно манипулятивный. Какая прелесть!

Игнорируя их, я попыталась сосредоточиться. Сейчас был мой единственный шанс убежать. Куда мне идти? Как мне от него скрыться? Может быть, на другую планету? Куда бы ни пошла, мне нужно было схватить эту последнюю карту.

Вдруг стена, где обычно находилась дверь моей лаборатории, рухнула.

Я присела на корточки, прикрывая голову и надеясь, что Смерть спряталась где-нибудь в безопасном месте. Кусок стены ударил меня по руке, впился в кожу и вырвал крик из горла. Когда пыль осела, я осмелилась поднять глаза.

Тэлон стоял наверху лестницы, всё ещё в своём наряде, его глаза выпучены, а губы скривлены в злобную усмешку. Сделав глубокий вдох, я схватила деревянный брусок, вырвала его и бросила на землю, вставая. Обернувшись, потянулась за картой и увидела перед собой Тэлона.

— Пожалуйста, не заставляй меня причинять тебе боль, — прошептал он, его руки потянулись к моим бицепсам, не давая мне ходить тенями без него.

Подняла колено, подтянув его между его ног. Он вскрикнул от боли, отпустив меня на время, чтобы я смогла обрести надежду. Затем он повалил меня на пол. Мы ударились о бетон, где-то неподалеку громко зашипела Смерть, тело Тэлона раздавило моё.

— Нова, слушай! — приказал он, когда я попыталась перевернуться с живота, но Тэлон продолжал удерживать меня, не сдаваясь.

— Убийца! — закричала во весь голос. Он слегка приподнялся, позволив мне перевернуться, а затем сел на меня сверху, прижимая ягодицы к моим бедрам, уперев колени мне в руки и закрыв рот большой рукой.

— Я должен был это сделать! Чувствовал, как ты ускользаешь! — крикнул он в ответ, голос его дрожал. Я прекратила свою борьбу, замерла, чтобы услышать его жалкие оправдания. — Ты была так сосредоточена на том, чтобы угодить им и сохранить им жизнь, но это не было твоей задачей. Ты была призвана к более высокой цели, Нова, встала на божественный путь. Из всех людей я не мог позволить тебе потратить свою жизнь на них. Они должны были уйти, они крали твое будущее, а ты даже не понимала этого. Пожалуйста, пойми, я хочу только лучшего для тебя. Для нас.

Какой же он сумасшедший. Он был подхалимом. Все это время скрывал свои истинные чувства. Маскировал их любовью и преданностью, хотя на самом деле это была одержимость, которая — как и всё в моей жизни — вела к одному.

— К нам, — смех звёзд, последовавший за этим словом, был поразительным звуком, когда Тэлон продолжил свою тираду.

Какой же он сумасшедший.

— Я всегда хотел лишь позаботиться о тебе и помочь достичь вершины. С самого начала изо всех сил старался убедить тебя в необходимости сосредоточиться, но ты не слушала. Что ещё мог сделать? Я даже убил свою семью, чтобы ты не была одинока в своих страданиях! Был готов убить своего отца и сестру ради тебя! Все, что я делаю — ради тебя!

Кровь начала скапливаться под моей рукой, липкая жидкость не давала мне оторваться от разговора. Но было так трудно не задаваться вопросами и не строить догадки, когда он умолчал об убийстве своей матери.

Больше не желая давать ему время говорить, я сильно укусила его за руку, не отпуская, пока не прокусила кожу. Его крик отчаяния и боли дал мне возможность вырвать одну из своих рук из-под его колена и поцарапать ему лицо. Затем я вонзила ладонь ему в нос. Когда он поднялся от боли, подтянула ноги и, перекатившись, встала.