Золотистое скрюченное чудовище зарычало на меня с другого конца коридора. Я подпрыгнула от неожиданности; сердце бешено заколотилось, пока я пристально смотрела на врага.

Спустя постыдно долгое время, в течение которого я ждала атаки, я поняла, что монстр не сдвинется с места.

Потому что это вовсе не был монстр... ну, по крайней мере, не в том смысле, о котором я думала.

Я устроила дуэль... с собственным отражением в зеркале в коридоре.

Оцепенение выбрало себе впечатляющего чемпиона.

Тот, кто отвечал за голос в моей голове, явно не отличался особым умом.

Я проделала бесконечный путь по абсурдно длинному коридору. Серьёзно, кому нужно столько комнат в одном доме? Это нелепо.

— Люсинда? Аран? Джакс? — тихо позвала я, ковыляя вперед.

Единственным звуком был шлепок моих босых ног по дереву.

Отлично, все меня бросили.

Двадцать минут спустя я, пошатываясь, остановилась в конце коридора. Полированное дерево так и манило, а воображение услужливо рисовало, как моё тело ломается, словно тряпичная кукла.

Мой глаз нервно дернулся; я напрягла бедра, готовясь совершить свой величайший подвиг: спуститься по парадной лестнице.

Прежде чем мой большой палец (на котором не хватало ногтя) коснулся верхней ступеньки, из ниоткуда появился Уолтер.

— Пожалуйста, остановитесь, мисс.

Я вздохнула с облегчением и опустилась на пол, благодарная за то, что кто-то спас меня от самой себя.

— Где все?

Я попыталась выпрямиться и изобразить благополучие, но спину пронзила судорога боли, и я снова сгорбилась.

— Вы проспали ещё два дня. Девочки ушли в школу этим утром, а остальные альфы отправились заниматься личными делами.

Должно быть, тревога отразилась на моём лице, потому что старый бета положил морщинистую руку мне на плечо.

— За девочками присмотрят. Аран и Джакс сопровождали их в первый день. Дон зачислил их в «Сект Схола». Это важнейшее учебное заведение для АБО, чрезвычайно престижное. Не волнуйтесь.

С руками, неконтролируемо дрожащими от стресса, я медленно задышала, стараясь не довести себя до гипервентиляции.

Единственное, что удерживало меня от панической атаки, — это то, что Аран и Джакс были с ними. Они не позволят ничему случиться.

— Значит, все ушли? — Я постаралась не выглядеть такой жалкой, какой себя чувствовала. Как у сироты, у меня были глубоко укоренившиеся проблемы с боязнью одиночества.

Уолтер похлопал меня по голове.

— Нет, Ксеркс остался, потому что плохо себя чувствовал.

Узел в моем животе ослаб, и я постаралась не выглядеть слишком воодушевленной.

Теперь, когда я больше не умирала в муках, пришло время для зрелого разговора с омегой.

В глазах Уолтера появился какой-то странный блеск, которого я раньше не видела.

— Он в своей комнате в конце коридора. Уверен, он был бы рад вас видеть.

Я кивнула, уловив невысказанный подтекст.

Ксеркс был в своём гнезде.

Уолтер повернулся, чтобы поднять сумку с грязным бельем у своих ног, и эта гора одежды напомнила мне о моих принципах.

— Раз уж все ушли, я могу вытащить вас отсюда, — тихо сказала я. Разговор с Ксерксом мог подождать.

Уолтер расправил плечи и выпрямился во весь рост — он был лишь на несколько сантиметров выше меня.

— Простите, мисс, — седые волоски над его верхней губой задрожали.

Должно быть, он был безумно счастлив, что я его освобождаю.

В который раз убеждаюсь: как же трудно быть таким хорошим человеком.

— Вам не обязательно быть слугой. Я не знаю, что Ксеркс делает, чтобы удерживать вас здесь против воли, но у меня есть деньги. Позвольте мне забрать вас отсюда.

Дрожь на губе Уолтера превратилась в полноценное землетрясение.

Бедняга был вне себя от радости.

— Мисс, как вы смеете предполагать, что я не хочу служить этому дому? — Уолтер сжал кулаки, и я внезапно представила, как бета меня бьет.

— Уолтер, — сказала я спокойно, понимая, что годы угнетения запутали его мысли, — вы не должны работать бесплатно. Это варварская и чудовищная практика.

Негодование за моё прошлое и гребаные реалии, тяготеющие над жизнями людей, заставили меня выпрямиться и забыть о своих недомоганиях.

— Это неправильно, — прорычала я с убеждением.

Густые белые брови Уолтера нахмурились, рот открывался и закрывался целую минуту, пока он осознавал, что я его спасаю.

Когда он наконец заговорил, его слова были язвительными:

— Мисс, у вас сложилось ложное впечатление, что я не получаю жалования. Все, кто работает в этом благородном доме, получают непомерно высокую зарплату.

Я недоверчиво поджала губы.

Уолтер раздраженно бросил:

— Мисс, этомой суперкар я одолжил вам на днях, чтобы вас отвезли в клуб.

— Гм… серьезно? — Роскошная машина, разгоняющаяся до безумной скорости, явно не выглядела дешевой.