Внезапно мне показалось суперважным, что никто никогда не говорил мне, что я симпатичная.

Неужели я уродлива? Поэтому всем этим мужчинам так легко перестать за меня бороться?

Я была для них просто новинкой, а теперь, когда я перестала быть уникальной, они уже переболели этим.

И вообще, почему я веду себя как тщеславная и чопорная стерва, когда нахожусь буквально посреди мафиозной тренировки?

Я не удержалась и посмотрела на соседний ринг, где Кларисса делала отжимания. Она сияла как богиня.

Тем временем мои руки продолжали скользить, потому что я лежала в луже вонючего пота. Каждый раз, когда я принюхивалась к себе, у меня начинались позывы к рвоте от этого затхлого зловония.

Я забыла про дезодорант.

Вместо этого Кларисса, вероятно, пахла цветами и лимоном. Она была высокая, мускулистая, ни один волосок не выбился из прически, и она казалась идеальным дополнением к огромным атлетичным фигурам парней.

Наконец, у Молли прошел сердечный приступ от мысли о моей привлекательности, и она сказала:

— Знаешь, я в курсе, что ты всё это время лежала и отдыхала, а не делала отжимания.

Проклятье.

Я надеялась, она не заметит.

Серьезное выражение исказило ее лицо, сделав его одновременно вдохновляющим и пугающим.

— Знаешь, если будешь работать со мной, я обещаю, что сделаю тебя такой же сильной, если не сильнее, чем та девчонка, на которую ты так злобно смотришь.

Кто бы ей сказал, что я наполовину фейри и, скорее всего, не особо изменюсь?

Нет, я дала себе мысленную пощечину.

Я веду себя как самокритичная сучка.

Если кто и поможет мне достичь моей лучшей версии, так это абсолютная богиня Молли.

— По рукам. — Я протянула руку и пожала ее ладонь.

Молли улыбнулась и напрягла бицепсы.

— Теперь ты будешь делать именно то, что я скажу.

Я ответила ей заговорщицкой улыбкой.

К сожалению и разочарованию, именно то, что она велела мне сделать, — это еще триста отжиманий.

Под бдительным взором моего героя я извивалась так, будто завтра не наступит, немного намочив штаны от чистого изнеможения, пока не дошла до трехсотого повторения и не рухнула.

Боль разошлась по каждой мышце моего тела, и свет померк в моих глазах, когда я вошла в «загробный мир» бога солнца.

— Кто выключил свет? — крикнул кто-то, и тусклое освещение снова включилось.

Я закрыла глаза, в депрессии от того, что смерть была так близко, но, видимо, всё еще так далеко.

— А-а-а! — я резко вскочила и закричала, когда кто-то уколол меня в руку и попытался оторвать ее от тела.

— Расслабься, — сказала Молли, заканчивая вводить из шприца ярко-голубую жидкость мне в руку. — Это заколдованный стимулятор роста мышц. Он работает с твоим телом, помогая мышцам восстанавливаться и становиться сильнее.

Она снова рассмеялась.

— Ты же не думала, что станешь сильнее без посторонней помощи?

— Откуда у тебя шприц?

Да что с этим королевством и его фетишем колоть людей против их воли?

Молли улыбнулась, доставая еще один шприц из своего рюкзака у ринга и втыкая его себе в руку.

— А как ты думаешь, почему я стала такой сильной?

Я прищурилась.

— У этого есть побочные эффекты?

— Кого это волнует? Ты же бессмертный альфа, — ответила Молли в замешательстве.

С таким подходом я понимала, почему в этом королевстве проблемы с курением. И всё же я не могла поспорить с ее логикой.

— Можно мне еще один? — спросила я.

Она пожала плечами, схватила еще один шприц и вколола его мне в другую руку.

И так началось мое экстремальное преображение: из худой слабачки в абсолютную «женщину-танк».

* * *

Несколько часов спустя пытка этого дня наконец закончилась.

— Кажется, мои бицепсы увеличиваются, — сказала я Джаксу, напрягая обе руки перед одним из больших зеркал, закрывавших стены бойцовского клуба.

Мы закончили тренировку — то есть выполнение такого количества отжиманий, прыжков и планок, которые вообще не укладываются в голове. Затем Молли отправила меня обратно растягиваться с остальными участниками, чтобы остыть.

Зет сидел перед нами, «присматривая» за нами с пистолетом в руке.

Они что, думали, что другие альфы прикончат нас, если оставить нас одних?

Возможно.

Весь спортзал был пропитан насилием.

Столько альф в одном пространстве — это рецепт катастрофы.

Невозможно было не заметить пистолеты, заткнутые за пояса у всех, будто они не могли расстаться с оружием даже во время упражнений.

Зачем им столько оружия?

Ответ меня пугал.

Казалось, каждый в зале ждет повода отбросить цивилизованность и начать стрелять в людей.

— Твоя рука кажется еще меньше, — усмехнулся Кобра, потягиваясь.

Кларисса агрессивно рассмеялась рядом с ним, будто то, что он сказал, было забавным, а не грубым.

Темноволосая красавица сидела между Ашером и Коброй и продолжала вторгаться в их личное пространство.