Ничто не случается по причине. Мир — темное и жестокое место. Либо он трахает тебя, либо ты восстаешь из пепла и трахаешь его.

Вот и всё.

В мягком голосе Джакса послышались жесткие нотки.

— А что сказала Джинкс?

Сэйди слабо рассмеялась, и слезы покатились по ее щекам.

— Она сказала, что мужчины в большинстве своем бесполезны и что я экономлю кучу ненужной эмоциональной энергии.

— Ты с ней согласна? — медленно спросил Джакс тоном, от которого у меня волосы на загривке встали дыбом.

Не стоит злить медведя-альфу.

Сэйди избегала зрительного контакта с кем-либо из нас.

— Я думаю, нам лучше остаться друзьями. Мы всё еще можем пройти инициацию и работать вместе, чтобы выжить в этом королевстве.

Я зашипел на нее.

— Вы мои товарищи, и я не хотела бы, чтобы было иначе. Но мне всё еще всего двадцать один год, и мне нужно сосредоточиться на том, чего я хочу от жизни. Я не смогу этого сделать, если буду для вас собственностью. К тому же, Дон лишил нас выбора.

Серые глаза Джакса были острее ножей, которые Ксеркс опасно быстро вращал между пальцами.

Он тихо спросил:

— Он действительно лишил тебя выбора?

— Да, — отрезала Сэйди, упрямо сжав челюсти.

Она приняла решение.

Конечно, она бросала меня, как и все гребаные женщины, которых я встречал. Проклятые, злые, подлые существа.

Мои инстинкты насчет нее были верны.

Самые красивые хищники — самые ядовитые.

— Ну и катись к черту, — прошипел я, и перед глазами вспыхнули тепловые пятна, когда мои зрачки превратились в змеиные щелки.

Голос Ашера был полон жестокости.

— Да, ты нам всё равно была не нужна.

— Как ты и сказала, иди найди того, над кем сможешь доминировать. — Британский акцент Ксеркса звучал холоднее его клинков.

Мои глаза на миг вернулись в норму, и я бесстрастно заметил, как задрожала ее пухлая нижняя губа.

Миндалевидные рубиновые глаза Сэйди были огромными; она смотрела на Джакса, игнорируя остальных.

Она взмолилась:

— Мы всё еще можем быть друзьями.

Через связь прошел разряд.

Мы все были согласны. Если она хочет отвергнуть нас — без проблем, она нам не нужна.

Джакс прорычал:

— Нет, не можем.

Он отвернулся от нее.

Сэйди ахнула и склонила голову, будто ее ударили физически, и на долгую секунду через связь промелькнула крошечная искра надежды.

Она сейчас осознает ошибку.

Моя кошечка будет сражаться за меня.

Она выберет меня.

Когда Сэйди выпрямилась, ее рубиновые глаза засияли, как красное солнце в королевстве оборотней. Холодные и яркие, не дающие ни тепла, ни надежды.

Только жестокость.

— Ладно, мне и не нужна куча властных мужиков в жизни. Я никогда об этом не просила и уж точно не собираюсь умолять о вашей дружбе. Я через слишком многое прошла, чтобы позволить мужчине снова сломить меня. — Аромат клюквы от Сэйди вспыхнул, будто она была в огне.

Еще один человек бросил меня.

Она меня не хочет.

Я недостаточно хорош для нее.

Сэйди развернулась и зашагала по коридору.

Я сжал кулаки и напомнил себе, что она — всего лишь очередная змея. Не стоит тратить время, глядя ей вслед.

Как бы я ни хотел погнаться за ней и заявить на нее свои права, это было бесполезно.

Она не стоила моего времени.

— Да пошла ты! — крикнул Ашер ей в спину, его стоическая маска окончательно треснула, а губы скривились в презрительной усмешке.

Сэйди подняла оба средних пальца в воздух, но продолжила идти.

Она не оглянулась.

— Она того не стоит. Это не то, что нам нужно, — прорычал Ксеркс и похлопал Ашера по спине.

Наша золотая связь стала серой под тяжестью лжи Ксеркса.

Сэйди была именно тем, что нам нужно.

Нет. Она тебя бросила.

К черту ее.

Связь в моей груди горела от боли и предательства.

Мне плевать.

Она незаслуживала быть моей.

Она незаслуживала быть моей кошечкой.

Джакс взревел, как дикий зверь, и швырнул комод — тот с грохотом врезался в стену и разлетелся на сотни осколков. Ашер бормотал проклятия, а Ксеркс уверял его, что она того не стоила.

И снова наша связь посерела.

Нет, Ксеркс прав. Забудь ее.

Но почему-то я не мог заставить ноги отойти от двери.

Я не мог перестать смотреть в длинный коридор, по которому Сэйди уходила в свою комнату.

Я не мог сдвинуться ни на дюйм.

Потому что, пока связь в моей груди вибрировала от ярости, тонкий голосок моей теневой змеи, живущей в Сэйди, шептал мне, что я совершаю ужасную ошибку. Что моя кошечка — это всё для меня. Что без нее я — ничто.

Я послал ему образы смерти и боли и закрыл свою связь с ним.

В конце концов, он был не в моей плоти.

Я принял решение.

Глава 15. Напряжение

Сэйди

Я застонала, когда яркий солнечный свет просочился сквозь панорамные окна и разбудил меня. Первое, что я заметила, — это пустую банку из-под мороженого на моей подушке.