Сексуальным ножом он полоснул альфу от шеи до пупка. Пустота приветствовала меня, когда я погрузил руку в живот подонка и вырвал его органы. Он кричал, но этого было мало. За то, что он сделал с Сэйди, этого никогда не будет достаточно. Всё было во тьме, пока я сосредоточенно причинял ему боль. Ломал его. Разрывал на части, пока он не понял, что на самом деле значит пытаться навредить тому, чтомоё . Черт возьми, одной из моих.

Я больше никогда не совершу ту же ошибку. Ксеркс всадил пулю ему в голову, но я не мог перестать тянуть. Не мог перестать пытаться причинить ему боль. Он умер слишком быстро. Этого было недостаточно. Я угрожал ему, а он всё равно причинил ей боль.

Я бросил органы и повернулся туда, где Ашер утешал нашу Сэйди. Я шагнул к ней, но остановился, поняв, что запятнаю её ужасами того, что только что совершил. «ЧЕРТ!» — закричал я в своей голове. Она только что видела, как я сорвался. Видела насилие, которое я отчаянно пытался скрыть. Но Сэйди не смотрела на меня с ужасом. Вместо этого она слабо улыбнулась мне, вытирая кровь, стекающую с костяшек её пальцев.

Черт, она великолепна. Она бы справилась с ним, даже если бы мы не появились. Я любил её. Это знание окутало меня, как медленная песня, теплое одеяло и уютный огонь. Джакс объяснил, как мы угрожали альфе (хотя, очевидно, справились не очень хорошо), а я рычал о том, что убью подонка.

Но мои реакции казались мне отстраненными, так как всё моё внимание было приковано к кошечке. Осознание того, что она на самом деле для меня значит, заставило собственническую нужду обладать ею вспыхнуть с новой силой. Она была моим всем. Сочетание свирепости и мягкости, которое заставляло меня хотеть упасть к её ногам.

Внезапно появился охранник и сказал, что нас пригласили в приватный зал, но мне было плевать. Я всё еще был поглощен ею. Кошечка подошла и похвалила меня за то, что я убил этого ублюдка. Я видел это в её глазах, в том, как она улыбалась мне, ничуть не испугавшись того, что я выпотрошил Хантера прямо перед ней.

Она сказала, что любит меня. Еще одна часть меня рассыпалась в прах, исчезнув безвозвратно, пока я перекраивал себя по её образу, для задачи, для которой, как оказалось, я и был рожден. Я буду защитником Сэйди до конца своих дней.

Ксеркс заметил, что технически это он убил ублюдка, и я подавил шипение, дернув за его поводок. Омега тоже может быть моим, и Сэйди может терпеть его мазохистскую задницу, ноя был её главным защитником. Она любит меня. Я докажу, что я лучше него. Потому что, хотя я и притворялся цивилизованным, я всё еще был всего лишь зверем, а Сэйди была моей, и я должен был её защищать. Так же, как я был её, и она могла обладать мной.

Глава 41. Черные волки и похищения

Сэйди

Вышибала провел нас в заднюю часть клуба, а затем использовал зачарованный ключ, чтобы открыть дверь, обитую красным бархатом. Он распахнул её, и моим глазам потребовалась секунда, чтобы осознать увиденное. Я ожидала похожую сцену с мерцающими огнями и громкой музыкой. Но там было очень темно. И стояла абсолютная тишина. Руки Ашера и Джакса лежали на моей пояснице, и я была благодарна за этот контакт.

Что-то зашуршало справа от меня, и я повернула голову. Вспышка чешуи. Блестящие глаза. Весь свет рассеялся в кромешной тьме. Мне это померещилось? Послышались хлюпающие звуки и рычание. Мое дыхание было слишком тяжелым, удары сердца превратились в осязаемый шум, а шаги отдавались эхом. С кожей, покрытой мурашками от окутавшего нас мрака, я едва могла различить контуры Кобры и Ксеркса впереди, идущих за вышибалой вглубь бездны.

Закусив нижнюю губу до тех пор, пока кровь не потекла по лицу, я заставила взмыть пять капель перед своей головой. Я была готова обрушить их на братьев Ортега, как только мы их найдем, прежде чем они успеют выхватить оружие. Я не совершу ту же ошибку дважды. Снова раздалось рычание, и я дернула голову влево. Завибрировали цепи. Мы заходили всё глубже в чрево зверя.

Мои глаза сверкнули, я снова посмотрела направо. Они исчезли. Ашер и Джакс убрали ладони с моей поясницы и вместо этого крепко перехватили мои бицепсы, будто готовясь вытолкнуть меня из зоны опасности. Мои капли крови завибрировали в воздухе, и волна раздражения прошла по телу. Это они должны прятаться за моей спиной. Громкий рев. Звуки кромсания.

Внезапно мы остановились. Послышался металлический лязг, и вышибала достал ярко-синий светящийся ключ. Он рывком открыл еще одну дверь. Вырвался дым, и тусклый свет осветил небольшой участок того места, по которому мы шли. Пресвятые угодники. Слева стояла огромная металлическая клетка, а внутри нее тихо рычало рогатое чудовище, которого я никогда раньше не видела.

— Сюда, — сказал вышибала, и его голос слился с чувственной музыкой, звучавшей в комнате. Он жестом пригласил нас войти в туманную дымку, но сам заходить не стал. Дверь за нами с грохотом захлопнулась. Сквозь дым начали проступать очертания. Пятеро темноволосых мужчин с уродливыми шрамами на лицах развалились на огромном диване из зеленого бархата. В их губах дымились сигареты, члены были снаружи, а у их ног лежала по меньшей мере дюжина женщин, ласкавших и сосавших их.