Мы все выбегаем на мороз, мгновенно содрогаясь от холода. Слава богу, я успела захватить куртку, но многие выскочили в пижамах.

Где-то у главного входа я слышу крики Николса: он пытается утихомирить толпу паникующих девчонок, которые в один голос требуют ответа, есть ли пожар и где именно горит.

Со стороны корпуса нет ни облачка дыма, вообще ничего. Впереди парковка, и, судя по всему, там пусто. Я могу либо стоять здесь со всеми и ждать Uber, либо добежать до машины и свалить.

Не будь грёбаной тупицей.

На всей парковке горит один-единственный фонарь, поэтому она выглядит настолько тёмной и зловещей, насколько вообще можно себе представить. Я окажусь там совсем одна среди пары десятков машин, где полно мест для засады. Жизнь под одной крышей с серийным убийцей стала для меня лучшим уроком: я слишком хорошо знаю, что в такие ситуации лучше не попадать.

— Хрен вы застанете меня врасплох, — бормочу я, стуча зубами и быстро оглядывая толпу.

К этому моменту уже всем стало ясно, что никакого пожара нет, но нас, похоже, обратно не пустят, пока пожарные это не подтвердят.

Где-то вдалеке завывают сирены, становясь всё громче по мере приближения, и, кажется, я слышу, как кто-то говорит, что комендант общежития тоже уже в пути.

Тревога скручивает внутренности, меня буквально трясёт от желания убраться отсюда.

Хрен его знает, собирается ли Николс и дальше меня сопровождать, но уже плевать. У этого придурка вообще нет мозгов, и я не думаю, что рядом с ним буду в меньшей опасности.

Просто вызову этот грёбаный Uber.

Достаю телефон из кармана, и меня трясёт ещё сильнее, пока я заказываю машину. Один водитель, к счастью, всего в двух минутах отсюда.

Как только он подъедет, я просто рвану к машине. К тому времени полиция и пожарные тоже должны быть здесь, и, пока они рядом, я надеюсь, ни у кого не будет возможности меня похитить.

Но они могут поехать за тобой.

Позвоню Барри, когда сяду в машину, и объясню, что от Николса никакого толку. Пусть присылает другого полицейского к отелю. Барри догадается, что я проигнорировала его приказ ехать к Сейбл, но мне всё равно. Пусть бесится сколько влезет — я не собираюсь натравливать маньяка на свою лучшую подругу.

Тем более её всё равно нет дома.

Боже, но с ней же остался Роуг.

Опять достаю телефон и строчу Сейбл сообщение, требуя, чтобы она вышла на связь. Я знаю, что она может с ним справиться, и, хотя Роуг — тот ещё козёл, не думаю, что он причинит ей физическую боль. Но мне всё равно не легче от того, что он там и достаёт её.

Я закатываю глаза, поднимая голову к небу, и тяжело выдыхаю; изо рта вырывается густое облако пара. Всё тело ломит от нетерпения и беспокойства, и я уже закипаю от того, насколько бесконечными могут быть две грёбаные минуты.

Телефон вибрирует, сообщая, что водитель на месте, и у меня вырывается вздох облегчения. Через секунду на парковку влетают четыре полицейских машины и пожарный расчёт. Среди всей этой кучи транспорта я не вижу нужную машину, но из-за проблесковых маячков парковка уже не кажется такой пустой и опасной.

К чёрту всё.

Я срываюсь с места и бегу к парковке, на ходу сверяясь с телефоном, чтобы понять, где именно ждёт водитель. Похоже, он встал у самого въезда, в дальнем левом углу, а значит, мне придётся пересечь три ряда машин. Я лавирую между автомобилями, проскакивая мимо пожарных и полицейских, спешащих к общежитию. Становится чуть легче дышать, когда я замечаю впереди нескольких патрульных, всё ещё стоящих у своих машин.

Я здесь не одна, и от этой мысли у меня будто падает камень с плеч. Нахожу машину в конце первого ряда. Убеждаюсь, что модель и номера совпадают, и только тогда иду к пассажирской двери.

Но не успеваю я обойти машину, как водительская дверь распахивается, и выходит блондинка с коротким каре. Ей явно за пятьдесят: глубокие морщины залегли в уголках глаз, рта и спускаются по шее.

— Всё в порядке? — она бросает нервные взгляды по сторонам. — Я на секунду подумала, что меня сейчас тормознут.

— Да, просто кто-то дёрнул пожарную сигнализацию, вот и всё, — успокаиваю её, отмахнувшись.

Она кивает, не сводя глаз с того, что находится у меня за спиной, прямо на моё общежитие.

— Поехали? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как последние патрульные скрываются из виду, и мы остаёмся совсем одни. Сердце пускается вскачь, и меня снова пробирает дрожь от дурного предчувствия.

— Никто ведь не пострадал, верно? — спрашивает она вместо ответа, указывая мне за спину.

— Нет! — выпаливаю я. — Можем мы уже ехать, пожалуйста?

Она медленно поворачивается, будто ей с трудом удаётся оторвать взгляд от здания, и наконец собирается сесть в машину.

Чёртова любопытная тётка.

Стоило мне открыть пассажирскую дверь, как она заныла:

— Ох, чёрт! Они перекрыли дорогу. Я не смогу выехать.