— Как же это глупо, — шепчу я, сжимая волосы так, что пальцы впиваются в кожу головы. Но даже эта резкая, колющая боль не может заставить меня сойти с места и уйти обратно, подальше от этого бассейна.

Обед с Сейбл выдался напряженным, но по-своему приятным. Роуг высадил меня у общежития, и я потратила остаток дня на учёбу и домашние задания. А потом приняла душ, и мне в голову пришла безумная идея приехать сюда. Сейчас девять вечера, и прошло уже несколько часов после закрытия.

Выяснилось, что Роуг когда-то крутил роман с менеджером спортцентра, и, совершив всего один телефонный звонок, он уговорил её нас впустить. Но перед этим Роуг вломился в комнату Дреда, чтобы стащить ключ от бассейна — тот всегда оставляет его в маленькой вазочке на столе, — всё для того, чтобы у меня была возможность свободно впасть в панику в полном одиночестве.

Роуг пообещал ждать снаружи, в подсобке с инвентарем, но перед этим пригрозил, что если я утону, он вытащит меня с того света только для того, чтобы прикончить ещё раз.

Я с силой прикусываю губу, отступая на шаг. По спине катится холодный пот. И кажется, кашляни я хоть раз — и выплюну собственное сердце на этот бетонный пол.

— Да, это была идиотская затея, — выдыхаю я, круто разворачиваясь на месте и направляясь к двери.

Стоит мне сглотнуть, как сердце подпрыгивает к самому горлу, блокируя дыхание. Горловой спазм перекрыл путь слюне в дыхательных путях. Они словно застряли на перепутье, пытаясь протиснуться мимо друг друга, пока я судорожно кашляю и задыхаюсь.

Дред стоит у выхода, небрежно прислонившись к стене. Руки сложены на широкой груди, лодыжки перекрещены. Он одет в свои обычные джоггеры и худи. Его угольно-черные волосы падают на лоб, заканчиваясь прямо над ледяными глазами. В полумраке, смешанном с голубоватым свечением бассейна, они кажутся ещё более пронзительными.

Его бровь, которую рассекает шрам, взлетает вверх, пока я пытаюсь прийти в себя, чувствуя, как горит лицо, а дыхание сбивается.

Я была настолько погружена в собственные мысли, что даже не услышала, как он вошёл.

— Что ты здесь делаешь? — мой голос срывается на писк, а следом накрывает очередной приступ кашля.

Я знала, что он сегодня поздно вернётся, но не представляла во сколько, и очень надеялась, что он не будет искать меня до самого утра.

Видеть его впервые за неделю — настоящий шок для моего организма. Как и всегда, внутри всё сжимается от смеси страха и предчувствия, но глубоко под этим пульсирует ещё и возбуждение.

— Мне самому любопытно узнать то же самое насчёт тебя, — парирует он.

— Решила немного развеяться, — отвечаю я как можно небрежнее.

Дред задумчиво хмыкает, но его выражение лица остается до раздражения бесстрастным и непроницаемым.

— Почему ты здесь?

Я бросаю на него недовольный взгляд.

— Я первая спросила.

— Ну, я только что вернулся домой, — отвечает он. — Роуг написал, где вы, вот я и приехал.

Стукач хренов.

— Оу.

Дред снова приподнимает бровь, но у меня пересохло во рту, и слова исчезли. Каждая клеточка моего тела кричит о неловкости, а напряжение между нами растёт с каждой секундой.

Совсем не хочется признаваться, что я здесь делаю, потому что это даст ему лишний повод швырнуть меня в бассейн. И я сильно сомневаюсь, что на этот раз он захочет избавить меня от панического ужаса.

Понятия не имею, злится ли он на меня до сих пор, но я точно не горю желанием это выяснять, учитывая, что в прошлый раз он засунул меня в печь для кремации.

Он отталкивается от стены и медленно, словно хищник, ко мне приближается. Желудок сжимается, внутри всё кричит, отчаянно звоня во все колокола, предупреждая об опасности и приказывая бежать, но я чертовски упряма, чтобы признать, что боюсь его.

Даже если это правда.

Я вызывающе вскидываю подбородок, отчего на губах Дреда появляется зловещая ухмылка, и от этого простого жеста всё внутри мгновенно заполняет липкий, первобытный ужас, полностью оправдывающий его второе имя.

С трудом сглатываю; мышцы напрягаются всё сильнее с каждым его шагом, но взгляд остаётся прикованным к нему. Я готова сорваться с места, стоит ему только пошевелиться. В воде у меня шансов нет, но, возможно, я успею добежать до выхода быстрее него.

Вместо того чтобы подойти ко мне напрямую, он меняет траекторию и подходит к самому краю бассейна рядом со мной, всего в паре шагов. Мы стоим бок о бок: он лицом к воде, а я к ней спиной.

Я нахожусь вне пределов досягаемости его рук, но это ничуть не убавляет уровень адреналина, разливающегося в моей крови.

— Что ты здесь делаешь? — снова спрашивает он, глядя в синюю бездну.

— Ничего.

Он переводит взгляд, скользя по моему телу.

— Ты в купальнике, — констатирует он.

Я не смотрю на себя, до этого момента напрочь позабыв, что на мне красный слитный купальник.

И пусть на мне купальник, и я стою прямо у кромки бассейна, но признать, что я собиралась зайти в воду, означало бы дать ему повод снова меня туда швырнуть.