— Возможно, но ты имеешь право на ошибку, Сейбл. Ты же живой человек. И уж поверь, я тебя чертовски хорошо понимаю. Понимаю эту сумасшедшую тягу. Северен ведь точно такой же. Без понятия, что эти трое ели на завтрак в детстве, но это чистой воды колдовство.

Она издаёт тихий смешок, хотя всё еще не хочет себя прощать. Мне бы хотелось знать, какой груз лежит у неё на душе, но Сейбл из тех, кто привык всё держать при себе. Я давно поняла, что стоит мне начать расспрашивать, как она замыкается ещё сильнее.

— Я до сих пор не понимаю, как это произошло, — тихо признается она. — Он предложил глупое пари, а я просто… не знаю. Он залез мне под кожу, и я, как полная идиотка, решила доказать, что он ошибается. А потом всё покатилось по наклонной и вышло из-под контроля. Я мгновенно об этом пожалела, что, конечно же, задело его хрупкое мужское эго, но мне плевать. Ненавижу себя за это.

Я сжимаю губы и, обхватив её ладонь обеими руками, прижимаю к своей груди.

— Не надо, — искренне говорю ей. — Если между вами что-то есть…

— Ничего нет и никогда не будет, — яростно отрицает она.

Однако в её округлившихся глазах читается не искренность, а отчаяние. Это ложь, самая что ни на есть чистая ложь, но она сама этого не понимает, так что я её не виню.

Ведь это та же самая ложь, которую я вдалбливаю себе в голову насчёт Дреда. Но почему-то я всё равно каждый раз оказываюсь под ним, обнажённая, с его телом у меня между ног, выкрикивая его имя. И что ещё хуже, я начинаю жаждать близости, которая выходит далеко за рамки простого секса. И вот это ломает меня сильнее всего.

— Но, если между вами что-то есть, ты имеешь полное право дать этому шанс, — настаиваю я, потому что мне жизненно важно, чтобы она это поняла. — Ты заслуживаешь счастья, Сейбл. И если твоё счастье — это огромный, проколотый член Роуга, тогда…

Её лицо заливается краской от смущения, и удержаться от смеха становится почти невозможно.

— Заткнись к чёрту, cabrona59, — бормочет она, и хоть и выдергивает руку из моей хватки, но скорее в шутку.

Я смеюсь.

— Дай угадаю. Какое бы пари Роуг тебе ни предложил, ты облажалась по полной.

Её лицо мрачнеет, а затем искажается в гримасе брезгливости, будто у неё во рту остался неприятный привкус.

— Он жульничал, — бурчит она с детской обидой, отводя взгляд.

Я вопросительно изгибаю бровь, изображая сочувствие.

— Помню, как сама в первый раз себе врала.

Сейбл тычет в меня ножом для масла.

— Vete pal carajo60, — бросает она в ответ.

Я смеюсь, но прежде, чем она успевает выдать мне очередную угрозу, возвращается Роуг.

— Хорошо знать, что угрожает она не только мне, — лениво произносит он, снова усаживаясь напротив.

В этот раз, когда она смотрит на него, в её взгляде сквозит настороженность, словно она боится, что её и правда затянет на его орбиту.

Возможно, Сейбл никогда не позволит себе это признать — исключительно из преданности мне, — но она лишь обманывает себя, если думает, что их связь не въелась в них на молекулярном уровне.

Это невозможно объяснить, и со временем она осознает, что подобное игнорировать вечно просто не выйдет.

Она откладывает нож для масла, по крайней мере, на время, и опасно прищуривается, глядя на Роуга. Уперев локти в стол, Сейбл соединяет кончики пальцев и опускает на них подбородок, всем своим видом демонстрируя готовность к жёсткому допросу.

— Ну так что там с твоим лучшим дружком? Он часто трахает девиц в крематорных печах или Рев какая-то особенная?

От паники мои глаза широко распахиваются. Я не хочу об этом говорить.

— О нет, — бормочет Роуг, с тревогой переводя взгляд то на меня, то на неё. Затем снова поднимает руки в жесте капитуляции. — Я не могу сплетничать с вами обеими. Умоляю, оставьте меня в стороне от этого дерьма.

— Да, согласна, — подаю голос, бросая на Сейбл взгляд, означающий «заткнись на хрен».

Она даже не удостаивает меня взглядом. Вместо этого снова прищуривается, что не предвещает ничего хорошего.

— Пусть у Дреда мышцы, зато у меня наука, и я умею применять её на практике.

Выражение лица Роуга меняется, и он бросает на меня взгляд, похожий на мольбу побитого щенка.

Я недоверчиво развожу руками, всем своим видом выражая крайнюю степень раздражения.

— Мне тут тоже несладко, дружище, — говорю я.

Он со стоном запрокидывает голову, а потом обреченно её опускает.

— Я не справочное бюро, ясно? Я не знаю всех мест, где Дред трахал своих тёлок. Могу сказать лишь одно, что их было совсем немного.

Теперь настала моя очередь сузить глаза, потому что я ни на секунду в это не верю.

— Знаешь, что? — говорю я, опуская руки на стол. — Это вообще не имеет значения.

— Ага, конечно, Linkin Park61 ты наш. Всё это чертовски имеет значение, — встревает Сейбл, сочась чистым сарказмом.

— Послушай, — вздыхает Роуг, переводя на Сейбл усталый взгляд. — Я уже говорил тебе, что, по моему мнению, чувствует Дред, но ты мне не поверила.

Я хмурюсь.