«У всех нас бывают периоды, когда приходится быть эгоистичными», — сказала она. «У тебя нет выбора, когда ты просыпаешься каждое утро и ничего не знаешь об окружающих».

«Как ты себя чувствуешь каждое утро?» Он покачал головой, пытаясь унять боль в глазах. «Ты хочешь оставить меня в покое?»

Она перегнулась через стол, схватила его за руку и крепко сжала её. «Я люблю тебя, Зиг. Я буду с тобой до конца».

Это было более зловещим предзнаменованием, чем ему бы хотелось. «Я умираю?»

Она отпустила его руку и шлепнула по ней как раз в тот момент, когда официантка вернулась.

«Вы двое готовы?» — спросила Банни, держа блокнот и ручку наготове.

Сиг, не отрывая взгляда от жены, наконец повернулся к официантке: «Банни, да?»

"Да."

«Банни, я забыл представить свою жену. Это Май Лу». Он снова повернулся к жене. «Май Лу, Банни Хейз. Мне сказали, мы были знакомы ещё в школе».

«Приятно познакомиться, Май Лу», — сказал Банни.

«Ты тоже. Думаю, нам понадобится ещё несколько минут».

Банни улыбнулся и ушёл.

«Эй», сказал Сиг, «лучше поздно, чем никогда».

Они поели и выпили бутылку вина. После этого они решили прогуляться вдоль реки в сторону центра Хайленда, оставив арендованную машину на парковке. Не говоря ни слова, рука об руку, они бродили по тротуарам центра города. Хотя дневная жара давно спала, тёплый южный ветерок не давал им надеть пальто. Они вышли на главную улицу и сели на скамейку в парке, наблюдая за медленно проезжающими машинами.

Лучше и быть не могло, подумал Сиг. И тут он увидел мужчину в квартале от себя, идущего по тротуару. Глядя в его сторону, Май Лу сидела, поджав под себя ноги, с закрытыми глазами, медитируя.

Мужчина приближался, его походка виляла, словно у моряка в открытом море, одежда была старая, грязная и слишком плотная для такой температуры. Он уже почти до них дошёл, и вдруг Сиг почувствовал невыносимую боль в черепе. С ним что-то было не так, он просто знал это, но он набрался терпения и, отбросив боль, посмотрел на мужчину серьёзнее. Мужчина был стар, с волосами до плеч в рваном шерстяном пальто, а седая с рыжим борода сливалась с красной клетчатой рубашкой, заткнутой за тугой пояс.

«Усы?» — выдавил из себя Сиг, обращаясь к мужчине.

Старик остановился и посмотрел на него. «Господь покарает тебя». Он поднял грязный, сморщенный палец к небу, яростно потрясая им. «Он воскрес, ты же знаешь. И он будет твоим, если ты позволишь ему».

«Ты Вискерс?» — спросил Сиг.

Май Лу слегка приоткрыла глаза, а затем снова их закрыла.

«Кто ты?» — спросил старик, указывая пальцем прямо в лицо Сига. «Кто ты такой, чтобы спрашивать, кто я? Ты ведь даже себя не знаешь, правда?»

Сиг задумался. Неужели он знает? «Извини. Мне казалось, я знал тебя в молодости».

На лице мужчины отразилось потрясение, нижняя челюсть широко раскрыта, а на бороду капала слюна. Он покачал головой и прошёл мимо, что-то пробормотав себе под нос.

«Извините», — снова сказал Сиг мужчине, который помахал руками над головой.

Май Лу с трудом поднялась, открыла глаза и положила руку на ногу Сига. «Ты знала этого человека?»

Сиг пожал плечами. «Не-а. Я думал, это Усы».

«Кто такой Вискерс?»

Внезапно Сига, словно волна жара, охватило осознание. «Чёрт возьми. Я помню. В детстве Вискерс был одним из двух городских бродяг. Я это точно знаю».

Поднявшись со скамейки, Сиг оглядел здания. Здание суда. Деревья.

Май Лу подошла к нему сбоку, а затем повернулась к нему спиной, обняла его и положила голову ему на плечо. «Я так горжусь тобой».

Остаток вечера он провёл, бродя по улицам Хайланда, ломая голову в поисках хоть чего-нибудь, что помогло бы ему вспомнить что-то из прошлого. Но, за исключением этого единственного момента просветления, когда он встретил старика, которого принял за кого-то другого, его мучила неспособность вспомнить что-либо ещё. Как его мозг мог быть таким жестоким к нему, словно…

старший брат протягивает брату или сестре конфету, а затем съедает ее у него на глазах.

Когда наступила темнота, Май Лу отвезла их обратно в мотель вдоль реки Биг-Шламм, и в лучах заходящего солнца они сидели на садовой мебели, наблюдая за течением реки, пока на них не напали комары, заставив их вернуться в номер.

Было уже полчаса до полуночи, и Май Лу устала и зевала, досматривая последний эпизод ночного шоу по телевизору. Сиг сидел в кресле под торшером и записывал всё, что мог, в свой чёрный блокнот. Он не мог позволить этому моменту, этому особенному осознанию остаться незадокументированным. Голова, казалось, клонилась от боли реальности. Утром, если он выспится, ему придётся начать всё сначала.

«Сиг», — сказала Май Лу, приподнимаясь на кровати. «Нам нужно поспать. Утром мы едем в Дулут». Она похлопала рукой по простыне. «Пошли».

Не отрываясь от блокнота, он сказал: «Как я теперь смогу заснуть?»

«Дело не в том, как. Дело в том, почему. Ты должен поспать, Зиг».