— Нет, просто там кровавый беспорядок. — Она смеется, пожимая плечами. — Определенное время месяца и все такое.

Я не отвечаю, просто стягиваю с нее простыню и продолжаю свой путь поцелуев.

— Данте... — ахает она, когда я беру ее клитор между зубами.

Я не отвечаю; просто следую по пути, пока знакомый медный вкус не заполняет мой рот.

Будто немного крови когда-либо оттолкнет меня...

Глава тринадцатая

Атака

(Даника)

Светящиеся цифры на моих часах переключаются на 4:52 утра, их тусклый зеленый свет едва виден в предрассветной тьме.

Мое дыхание запотевает в холодном воздухе, когда мы движемся, как призраки, сквозь тени, смертельная процессия из почти тридцати вооруженных мужчин — и меня.

Вес моего оружия кажется чуждым моему телу, постоянным напоминанием, что я не та женщина, которой была до встречи с Данте.

Шепот Эмилио «Удачи» все еще звучит в моих ушах, когда он устроился в машине для побега раньше, его лицо темное, сосредоточенное. Как и все мы, он знает, что поставлено на карту.

Мои мышцы болят от истощения, протестуя с каждым осторожным шагом. Бронежилет под моей черной тактической экипировкой, кажется, становится тяжелее с каждой минутой. Но я заставляю свое дыхание оставаться ровным, движения точными. Я не буду слабым звеном. Не сегодня.

Есть горькая ирония в том, как знакомо это чувство — черные ботинки, маска на лице, предвкушение насилия, гудящее в воздухе. Но в прошлый раз я была в отчаянии, чтобы спасти Данте, освободить мою похищенную любовь. Теперь мы охотимся вместе, равные в темноте.

Когда он увидел, как я готовилась сегодня вечером, его глаза встретились с моими с тихим пониманием. Никаких споров, никаких протестов — просто кивок, который нес тяжесть доверия.

Подъем в 2 часа ночи кажется жизнью, прожитой давным-давно. Инструктаж размывается в моей памяти, теряясь в тумане кофеина и адреналина, от которого мое сердце бьется быстрее, а руки слегка дрожат.

Я разминаю голые пальцы, пытаясь вернуть тепло в суставы, застывшие от весеннего холода. Холод пробирается сквозь мою тактическую экипировку, но перчатки только замедлили бы мою реакцию на спусковой крючок.

Данте движется впереди меня, как тень, обретшая форму, его движения плавны от многолетнего опыта. Я узнала бы его силуэт где угодно — постановку плеч, точность, с которой он ставит каждую ногу. Он иногда оглядывается, его глаза находят мои в темноте. В них нет нежности сейчас, нет следов моего будущего мужа. Это Дон Фера, и мы на войне.

Часть меня беспокоится о нем. Он выглядел таким измученным вчера, его тело таким нежным. Я не могла не заметить ту вспышку боли, омрачающую его лицо всякий раз, когда он думал, что я не смотрю.

Но я ничего не сказала, просто прижала его ближе, когда мы прижимались друг к другу обнаженными телами.

Этим простыням пришел окончательный конец. Миссис Нелл, возможно, придется сжечь испачканное кровью белье, но это ничуть не помешало Данте войти в меня с дикой страстью — его уставший член после всего был темно-красным и липким. Прямо как эти простыни.

О боже, что за способ просыпаться. Я забыла, насколько более чувствительной я становлюсь во время месячных. Насколько интенсивным был секс, когда мои гормоны были в беспорядке. Я была почти дикой!

Так долго я избегала Данте в эти дни. Но больше нет...

Сосредоточься, Даника! Я отгоняю отвлечение от своего разума.

Сейчас не время для похотливых мыслей.

Это жизнь или смерть. (И не маленькая смерть, la petite mort13.)

Портовые ворота маячат впереди, жесткие охранные прожекторы создают бассейны искусственного дня на фоне темно-серого неба.

Мой арсенал одновременно кажется успокаивающим и недостаточным — два пистолета в кобурах, один в руке, нож на икре.

Но что-то грызет края моего сознания, ползучая тревога, от которой я не могу избавиться.

Мы прижимаемся к холодному кирпичу склада сразу за воротами. Бетон царапает мою спину через тактическую экипировку, пока я пытаюсь успокоить дыхание.

4:57 утра.

Наш контакт должен скоро отключить электричество.

Мои пальцы сжимаются вокруг пистолета, когда сомнение шепчет в моем сознании. Отключить всю электрическую систему порта — это не как щелкнуть выключателем — есть резервы, запасные генераторы. Так много вещей, которые могут пойти не так.

Но у нас нет выбора. Каждый день, который мы ждем, Волковы разрушают все, что мы построили.

Вчера, когда мы лежали в постели, и Данте объяснял историю этого конфликта, наш план казался более простым, почти клиническим.

Теперь, когда приближается рассвет и так много жизней висит на волоске, ничто не кажется простым.

Я ловлю взгляд Данте в темноте. На мгновение я вижу там своего дорогого мальчика — мужчину, который держал меня во время оргазма, который обещал любить меня до скончания времен.

Затем он кивает один раз, резко и профессионально, и Дон Фера возвращается.