— Ну, я имею в виду, невезение — это один из способов это назвать. Это началось сегодня утром, наверное? Когда ракушка упала мне на ногу. А потом просто… все. Одно за другим. Будто город решил, что я его лично оскорбила.

Он смотрит на меня с такой интенсивностью, что я забываю о мокром ботинке.

— Вчера было так же?

Я вспоминаю.

— Нет. Вчера все было нормально. Странно, очевидно, из-за… — я расплывчато указываю на сумку, где живет ракушка, — …всего этого. Но ничего не пыталось мне навредить.

Его челюсть напрягается. Он откидывается на спинку стула и смотрит в окно, и я вижу, как что-то работает за его глазами, к чему у меня нет доступа.

— Я, кстати, заказал тебе латте, — говорит он, что совсем не то, что я ожидала услышать. — Можешь не пить, если не хочешь. Там просто немного меда.

Мои глаза слегка расширяются, запах кофе действительно до меня доходит.

— Ого, спасибо. Я обожаю латте с медом.

Его взгляд возвращается ко мне, в глазах легкая улыбка.

— У меня было предчувствие.

Как раз когда тишина становится немного неловкой, подходит бариста с двумя латте, пена идеально украшена. Я ныряю в свой почти сразу — теплая крепость кофе с легкой сладостью — это правильный способ справиться со всей этой ерундой.

— Забавно, что с тех пор, как я села, ничего плохого не случилось, — говорю я, скорее себе. — Судя по тому, как началось утро, это должно было быть обжигающе горячим.

— Заметь, как безопасно рядом с ним.

Я замираю с кружкой у губ, оглядываясь, потому что все еще шокирована, что никто другой этого не слышит. Взгляд Лиама падает на мою сумку, и он выглядит почти встревоженным.

— Ракушка не врет, — тихо говорит он.

— Что ты имеешь в виду?

Он трет затылок, отчего его руки становятся еще более заметными, и мне приходится прочистить горло, чтобы сосредоточиться.

— После того как ты ушла вчера вечером, я зашел в океан. Я чувствовал энергию Талассы в течении. Она была взволнована из-за чего-то. — Он опускает руку и лениво указывает на меня. — Из-за тебя. Конкретно. — Он говорит это ровно, как сообщают о погоде. — Она написала мне.

— Твоя бывшая-морская-ведьма пишет тебе?

— Мы все пишем, — фыркает он, но в глазах нет жесткости. Он достает свой телефон и протягивает его через стол. Я читаю сообщение.

Я читаю дважды.

— Ее жемчужина? — Я поднимаю взгляд. — Возможно, во мне говорит писательница романов, но это звучит как двусмысленность.

Он приподнимает бровь, отпивая свой латте.

— Это буквально большая черная жемчужина. Как хрустальные шары в человеческом мире. — Он ставит кружку и ухмыляется мне. — Может, ракушка действительно отражала то, что проносилось у тебя в голове.

Румянец грозит расцвести на лице.

— Ладно, продолжай… значит, она за мной наблюдала?

— Она наблюдает за ракушкой. Которая на тебе. Так что, по сути, да.

Я кладу телефон и делаю очень большой глоток латте. Потом еще один. Затем я подумываю выпить все залпом и заказать второй.

— Ладно. Значит, морская ведьма может меня видеть. И она добавила новое правило в проклятие. И мое ужасное утро…

— Вероятно, ее энергия. Просачивается. — Он выглядит по-настоящему злым сейчас, но не на меня, а на что-то гораздо большее. Его золотисто-карие глаза стали твердыми, руки лежат на столе, будто он специально их там удерживает. — Когда Таласса фокусируется на ком-то, это проявляется. Невезение, мелкие происшествия, вещи, которые кажутся случайными, но таковыми не являются. Она не может напрямую проклясть тебя, ты не связана с ее магией, но она может направлять энергию в твою сторону. Представь это как… течение. Она направляет на тебя бурный поток, и ты чувствуешь его тягу.

Я прокручиваю в голове все плохие вещи, которые случились со мной, и откидываюсь на спинку стула, оглядываясь.

— Отлично. Мне очень нравится, обожаю.

— У меня было небольшое подозрение, и, основываясь на том, что ты сказала, и на ракушке, тебе просто нужно быть рядом со мной.

— Его заботливость привлекательна.

Я закрываю глаза, но успеваю заметить, что он улыбнулся.

— Я не думаю… я могу привыкнуть к этому.

— Ракушка права, — осторожно говорит Лиам. — Насчет того, что рядом со мной безопасно. Моя энергия противодействует ее. Всегда так было, с самого проклятия. Когда ты рядом со мной, ее влияние не может достать тебя так легко.

— Очень удобно для мужчины, которому нужно, чтобы я поцеловала его в полнолуние.

Что-то мелькает в его выражении, будто он теперь обеспокоен.

— Я не выдумываю, Фредди.

Дов обязательно услышит об этом, как только я уйду.

— Так что это значит? Мне просто ходить за тобой три недели, как утенку?

Он не отвечает сразу, вместо этого некоторое время смотрит в свой кофе, будто в нем может быть ответ.