Я видел это раньше — все мы видели. Индустрия серфинга проворачивала это с прибрежными городками годами, и те всегда соглашались, потому что альтернативой было очередное лето продажи ирисок и сдачи в аренду буги-бордов туристам из Огайо.

— Мы бы хотели, чтобы выбирал ты. — Он произнес это с видом человека, преподносящего величайший дар. — Это твой камбэк. Твоя история.

Моя история. Ну да. Как будто хоть что-то из этого на самом деле касалось меня.

Я посмотрел на карту. Пять булавок вдоль Восточного побережья, у каждой — всплывающее окошко: название города, население, средняя высота волн, ближайший аэропорт. Корпоративное планирование серфинга во всей красе — свести живой, дышащий пляж к электронной таблице и булавке.

Сначала шел мыс Хаттерас. Я серфил там пару раз. Неплохой рифовый брейк, но местные свято блюдут свою территорию, а это плохо для имиджа. Один из тех городков, где у серферов выстроена целая иерархия того, кому какая волна достается, и они терпеть не могут чужаков. Сразу мимо.

Бакро-Бич. Ни разу там не был. Во всплывающем окне значилось «развивающееся направление для серфинга», что, по моему опыту, означало «волны посредственные, но кто-то построил бутик-отель, и теперь у них есть маркетинговый бюджет».

На телефоне выскочило уведомление — новый подписчик в Инстаграме. Я получал их дюжинами за день, но этот был от juicy_kouture, а фото профиля казалось знакомым. Девчонка из фитобара.

Я поднял взгляд и через стеклянные стены конференц-зала увидел, как она кокетливо улыбнулась мне и помахала рукой. Я ухмыльнулся в ответ, почувствовав натяжение от пирсинга в губе, но не успел отправить ей сообщение, как Джулиан откашлялся в начале комнаты.

Я застонал, убирая телефон и снова переводя взгляд на слайды, притворяясь, что мне не плевать, когда…

Бухта Полумесяц.

Мой взгляд задержался на этом названии.

Почему оно звучало так знакомо?

Всколыхнулись старые воспоминания. Я был еще совсем щенком — лет семь, может, восемь, всё еще достаточно мелким, так что моя форма тигровой акулы была едва ли длиннее доски для серфинга. Моя семья вела меня на север по миграционному маршруту, которым поколениями следовали наши предки, и мы проплыли мимо участка побережья, где вода имела другой вкус. Как будто сам океан веками настаивался на силе, и ее привкус просочился в каждую каплю.

Я хотел остановиться. Мы этого не сделали. Разумеется, не сделали; это было бы отступлением от традиций.

Это не для нас, — сказали они тем способом, которым акулы общаются под водой, через перепады давления и электромагнитные импульсы. Это место принадлежит тронутым землей. Мы проходим мимо. Мы не остаемся.

Я слышал о таких местах. Безопасные гавани для ведьм и оборотней, обычно расположенные рядом с какой-нибудь магической аномалией. Как-то приятели пытались затащить меня в одно такое на севере на хэллоуинский фестиваль, но оно оказалось слишком далеко от моря, как по мне. Однако бухта Полумесяц…

Я так и не забыл вкус этой воды.

— Вот этот. — Я ткнул пальцем в бухту Полумесяц прежде, чем мозг успел сообразить.

Джеремайя выглядел удивленным, а затем довольным — сочетание, которому я не доверял. Люди в его положении бывают довольны только тогда, когда всё идет по плану, о котором ты ни сном ни духом.

— Бухта Полумесяц! Отличный выбор, на самом деле. — Он кликнул, и открылось новое окно — еще больше таблиц. — Мы надеялись, что ты выберешь именно его. Оказывается, у нас там есть связи — кое-кто из местных, весьма уважаемый в общине человек. Вроде как… инсайдер, можно сказать.

— Инсайдер, — безэмоционально повторил я.

— Тот, кто может помочь нам с условиями. Позаботится о том, чтобы мы получили лучшие волны для камер. — Он сказал это как бы невзначай, словно говорил о приложении с прогнозом погоды, а не о том, что бы, черт возьми, он там на самом деле ни имел в виду. — У нее репутация — как же это назвали — читающей океан. Местные на нее молятся. Говорят, она практически может призывать волны.

Я уставился на него.

— Ты хочешь сказать, что у «РипТайд» в штате есть волновой экстрасенс.

— Я хочу сказать, что у «РипТайд» есть консультант. — Он улыбнулся так, словно считал себя чертовски умным. — Суть в том, что бухта Полумесяц дает нам лучшие шансы на идеальные картинные условия, идеальные условия дают нам лучшие кадры, а лучшие кадры дают нам…

— Лучшую историю возвращения. Да, я понял.

Я откинулся на спинку кресла и снова посмотрел на карту. Маленькая булавка над бухтой Полумесяц. Такая крошечная точка для места, оставившего такой мощный привкус.

«Консультант», способный читать океан. В городке, чьи воды на вкус напоминали магическую силу.

Значит, ведьма.

Даже если Джейсон понятия не имел, кем она была на самом деле.

Что-то сжалось в моей груди — не человеческая часть, а акулья. Та часть, что эволюционировала четыреста миллионов лет, чтобы чувствовать, когда вот-вот изменится течение. Та часть, которую я так старательно игнорировал.