«Давай, ящерица», — подначил я, заходя по кругу с противоположной стороны от Эванджелины, чтобы Дракене приходилось крутить головой во все стороны сразу. «Посмотрим, так ли ты опасна, как Дон Дойл».

Меня слегка замутило, когда ее лицо исказилось, вытягиваясь и сплющиваясь: она сместила один из глаз набок, чтобы лучше контролировать мои движения, став похожей на какое-то уродливое подобие рыбы-молота, выбравшейся на сушу.

«Вот и по-о-осмотришь», — прошипела она, причем ее рот перекосило из-за продолжающейся трансформации.

Позади нас остальные члены моей группы атаковали охранников. Мимо пролетела Доун с Копьем Луга в руке, призывая молнии из стремительно темнеющего неба. У меня не было времени проверять, как там Алекс или Меган, но вокруг полыхало столько огня, что я был уверен: моя сестренка как минимум еще в строю.

В едином порыве мы с ангелом ринулись вперед, пытаясь пробить защиту драконихи. Дракена крутанулась на месте, и в то же мгновение из ее поясницы вырос длинный хвост. Синяя чешуйчатая плеть, усеянная острыми шипами, со свистом устремилась прямо в Эванджелину.

Быстрая как молния, Эванджелина прервала свой натиск и перехватила конечность прямо в воздухе, с легкостью зажав ее в руках. Дракена удивленно охнула, когда ангел уперлась ногами в землю и дернула хвост на себя, одним плавным движением оторвав дракониху от земли.

Сердце бешено колотилось. Я прыгнул вперед, стремясь воспользоваться тем, что ящерица повалена. Горящий клинок в моей руке, казалось, пел от восторга, пока я целился острием в ее распростертое тело. «Надеюсь, тебе нравится зрелище, Азраил», — мрачно подумал я.

Но, несмотря на то что Дракена лежала на земле, она отнюдь не была выведена из строя. Рептилия истошно закричала и извернулась, уходя из-под моего удара — она буквально отбросила собственный хвост, словно ящерица, спасающаяся от хищника. Белые глаза Эванджелины удивленно округлились: она внезапно обнаружила, что держит в руках оторванный чешуйчатый придаток, который больше не был соединен с Дракеной. Он механически извивался в ее пальцах, будто все еще живой.

«Мерзость», — брезгливо рыкнула Эванджелина. Но хвост не бросила. Вместо этого она продолжила атаку, перехватив его поудобнее, чтобы использовать шипастый конец как бич. «Я забью тебя твоей же плотью, чудовище!»

Дракена не ответила. Она ринулась на меня, но я заставил ее отпрянуть, сделав широкий замах горящим клинком. Ее глаза были дикими, кошачьи зрачки расширились до предела, словно она пыталась разглядеть что-то в темноте. Паника овладевала ею.

В мою сторону полетел шквал пуль, и теперь уже пришел мой черед с проклятием нырять в сторону. Бросив взгляд через плечо, я увидел, что Лазарь умудрился заполучить одну из штурмовых винтовок своих охранников. Он целенаправленно шагал ко мне.

«Ты не убьешь меня снова!» — крикнул он. Ну, по крайней мере, я почти уверен, что он сказал именно это. Я расслышал всего парочку слов, но общую суть уловил. В этот момент из темнеющего неба с треском полоснула молния, взорвавшись прямо у его ног и отшвырнув его, точно игрушку.

Я закричал от боли, зажмурившись и закрывая лицо свободной рукой от болезненной вспышки света. Яркая зигзагообразная линия застыла перед глазами, пробиваясь даже сквозь сомкнутые веки. «Черт возьми, Доун, смотри, куда целишься этой штукой!» — рявкнул я.

«Берегись, смертный!» — воскликнула Эванджелина. Я открыл слезящиеся глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как на меня несется Дракена, выставив когти. Она врезалась в меня, словно чешуйчатый товарный поезд, и мы оба покатились по земле. Боль пронзила грудь, когда она раздирала мою плоть. Но даже когда мы падали, мои инстинкты взяли верх. Неустанные тренировки Ориона запечатлели во мне реакцию, и тело само выполняло движения, которые он буквально вколачивал в мой мозг.

Я не выпустил рукоять ангельского клинка. Напротив, во время падения я прижал его ближе к себе, опустив пониже и направив ровно в дракониху, которая подминала меня под себя. Я едва успел заметить ее слишком расширенные зрачки, пылающие яростью, прежде чем мы с размаху впечатались в землю.

Силу нашей внезапной остановки я превратил в импульс для удара и со всей дури вонзил острие клинка снизу вверх. Дракена закричала, и мы покатились по грязи, сцепившись в смертельной схватке.

После пары оборотов наш импульс иссяк, и мы разлетелись в стороны. Мои пальцы соскользнули с рукояти меча, и я выкатился из-под ее полосующих когтей. Хватая ртом воздух, я кое-как поднялся на ноги и прижал руку к груди, прощупывая длинную рану, которую она оставила на моем теле. Ладонь окрасилась кровью, но, кажется, ребра были целы.

А вот Дракена, с другой стороны, подниматься не спешила. Дракониха лежала на спине, а меч Ориона торчал из ее груди, точно водруженное знамя. Медленно, задыхаясь от нехватки кислорода, я направился к ней.