Мы двинулись через пшеничное поле, протаптывая добрых полдюжины тропинок и оставляя за собой примятые стебли. На ходу я пристально вглядывался в далекие хижины, высматривая любые признаки нашей цели.

«Ты уверен, что сможешь его убить?» — спросил Алекс, пристраиваясь в шаг за мной. Мой лучший друг явно читал мои мысли, и я одарил его слабой, усталой улыбкой.

«Нет», — честно признался я. «Я не знаю, по каким правилам работает это место, но у меня есть пара идей».

«Мне не нравятся твои идеи».

«Ты так говоришь, но я не слышал никаких жалоб, когда мы положили лук на пиццу».

«Даже сломанные часы один раз в день показывают правильное время».

«Разве не дважды?»

«Ну да, наверное, но ты у нас, типа, совсем сломан».

«Ну спасибо». Я шутливо зыркнул на него.

«Не за что».

«Вообще-то, я серьезно», — я чувствовал себя гораздо легче, чем следовало бы. Каким-то образом я вел за собой отряд из Фейри, Нефилимов, порождений демонов и ангела, и пока что ничего ужасного не случилось. Я слишком уж привык к тому, насколько странной стала моя жизнь. «Спасибо, что ты здесь».

«Ни за что на свете бы такое не пропустил», — улыбнулся Алекс. «Даже если это в конце концов убьет меня».

«Какая жизнерадостная мысль», — ответил я, рассмеявшись, чтобы отогнать ощущение надвигающегося рока, защекотавшее кожу. Пока что все шло слишком легко. Но я знал, что Лазарь не совершит ошибку, недооценив меня дважды.

«Движение», — резко бросила Эванджелина, и ее голос перерезал нашу беседу, словно нож. Я тут же перевел взгляд на расчищенное пространство в центре руин, и понял, что ангел права. Нас ждала группа фигур.

«Шоу начинается», — с улыбкой шепнул я друзьям. Сердце в груди пустилось вскачь, а ладони слегка повлажнели от пота. Пришло время посмотреть, как разыграются карты. Я подготовил колоду как мог.

Младший Лазарь стоял в самом центре группы. Он все еще был в своем блекло-сером костюме Смотрителя, в комплекте с привычными очками в роговой оправе. Его жестокие голубые глаза впились в меня, когда я уставился на него в ответ.

Похоже, он ни капли не удивился нашему появлению — скорее, был железно уверен, что инициатива в его руках. При виде безмятежного выражения его лица во мне закралось сомнение. Что он знает такого, чего не знаю я? Мой взгляд скользнул по его свите: дюжина охранников в серой форме Рынка Абаддон с винтовками, опущенными к земле. И еще двое рядом с ним, которых я узнал.

Слева от него стояла Беатрис — та самая техномаг, перед которой я был в долгу за ту несчастную женщину в Лонг-Бич. Эта невзрачная особа смотрела на меня округлившимися глазами. Она-то уж точно не привыкла к подобным разборкам.

По правую руку от Лазаря возвышалась дракониха Дракена. Я удивленно моргнул при виде нее. Ее синяя чешуя почти сливалась с безупречным небом, а кошачьи зрачки ярко блестели, когда она презрительно ухмылялась мне в лицо. В последний раз, когда я ее видел, она сжигала вокруг меня дом Дугласа.

Что ж, это определенно кое-что проясняло. Наверное, мне не стоило удивляться. В самый первый раз, когда я столкнулся с украденными душами, они были в руках Драконьих Донов. Было вполне логично, что в этом деле они действовали в сговоре с Лазарем. Но это также говорило о том, что их хищение было не просто мелочной местью. Они хотели отвлечь меня, единственного живого Жнеца, пока создавали свою Неосмерть.

«А ты упорный, Мэтью Карвер», — крикнул Лазарь из центра руин, когда мы подошли ближе. «Мне было интересно, вспомнишь ли ты это место. Как ты узнал?»

«Снаружи твоей Неосмерти было маловато», — пожал я плечами. «Ты, должно быть, прятал ее где-то, где я не мог ее увидеть».

«Ваше Величество. Вестница». Он вежливо кивнул самым важным членам моей команды, будто приветствовал их на светском рауте, а не стоял перед ними на пороге назревающей перестрелки.

«И давно вы двое тусуетесь вместе?» — спросил я, кивнув на дракониху. «Я ее должник». Женщина улыбнулась мне, сверкнув острыми нечеловеческими клыками.

«О, ты знаком с Дракеной?» — в голосе Лазаря так и сквозила приторная ирония. «А ты действительно везде побывал».

«Сказал парень с двумя телами», — фыркнул я. «Избавь меня от лекций. Давай ближе к делу, идет? Отдай мне Неосмерть и это порождение уродства, а остальные могут жить». Я взглянул на Беатрис, чувствуя прилив ненависти. «Наверное».

«Поразительно», — выдохнул Лазарь, уставившись на меня так, словно я был экзотическим зверьком, которого ему не терпится изучить. Я прикинул, что его воспоминания обо мне на самом деле не принадлежали лично ему нынешнему. В каком-то смысле сейчас он проживал свою собственную версию нашего смертельного танца. «Ты такой же тупой, каким я тебя помню».

«Ты ведь помнишь, как сдох, когда я убил тебя, верно?»

«Это Элизиум, земля бессмертия. Давай, Жнец, призови свои смертоносные силы». Он подался вперед, глядя на меня с самодовольным безумием. «Извлеки этот ангельский меч и срази меня. Это ничего не даст, ведь здесь нет Смерти, которая могла бы забрать меня».