«Должен признать, Мэтью, я действительно ожидал большего», — произнес он наконец, скрестив руки на груди и глядя на меня сверху вниз. «Нарушить права Гостя?»

«Эй, эй, эй», — перебил я, дергая руками в путах, в попытках помахать ими перед его лицом. «Вынужден остановить тебя прямо здесь, приятель. Вот этого я абсолютно точно не делал».

«Ты проник…»

«Тайком. Охрана на твоих же границах четко заявляет, что ты становишься Гостем только после того, как твой пропуск отсканируют на входе». Смотритель долго смотрел на меня, словно искренне удивленный наличием такой юридической лазейки.

«Тогда нам придется это исправить», — тихо пробормотал он. Мне чертовски не понравился этот ответ. Он прозвучал слишком хладнокровно и опасно. Мой самый нелюбимый тип врагов — это те, кто умеет держать себя в руках.

«Ну, раз уж ты сам подтвердил, что не являешься Гостем, — продолжил он с таким видом, будто этот вопрос его больше не волновал, — это значит, что у нас есть определенная свобода в том, как именно проводить данные переговоры». Я приложил все усилия, чтобы не сглотнуть слишком громко при виде мрачно-довольных ухмылок, расплывшихся на лицах троих маячивших за его спиной охранников.

«Ты уверен, что хочешь пойти по этому пути?» — спросил я, выпрямляясь на стуле и пытаясь напустить на себя максимально безразличный вид. Я все еще не был до конца уверен, замешаны ли люди Рынка Абаддон во всем этом или это просто инфраструктура, которой пользовались Беллерофон, Беатрис и остальные. «Ты знаешь некоторых из тех, кого я представляю, но, возможно, далеко не всех», — продолжил я. «Кое-кто из твоих клиентов сует нос в дела, которые навлекут на вас кару. Я бы крайне не рекомендовал наживать себе врагов в лице…»

«Давай я сэкономлю нам немного времени. Охотник сейчас в Тартаре, а Смерти здесь не рады». Смотритель перечислил моих союзников с тоскующим видом человека, который и так знает абсолютно все. «Мы уже дошли до конца твоего списка?»

Ну, зашибись. К счастью, у меня в рукаве оставался последний туз.

«Вообще-то я подумывал призвать кого-нибудь из категории карающих инстанций», — ответил я, многозначительно поиграв бровями, чтобы он в полной мере уловил контекст угрозы. Я никогда лично не видел, как Небесное Воинство штурмует бункеры зла, но вряд ли это веселое зрелище.

«Ангелов?» Смотритель рассмеялся с искренним веселым отвращением. «Я ни капли не боюсь, что они снизойдут со своих заоблачных высот ради погони за тенями и слухами. Их вполне устраивает, что мы изолируем этот хаос и держим его под контролем». Вот почему Эванджелине запретили приходить сюда. Это место было приманкой, достаточно гнилой, чтобы быть полезной для всех сторон.

«Но Неосм…» — начал было я, но меня снова бесцеремонно перебили.

«Должен признать, Мэтью, после всего, что я о тебе слышал — всех этих историй, головной боли и проблем, — я действительно ожидал от тебя более яростного сопротивления».

«Ты продолжаешь говорить со мной так, будто мы сто лет знакомы. Но, приятель, мы никогда в жизни не встречались». На его лице промелькнуло искреннее удивление, которое тут же сменилось восторгом. От этого зрелища у меня внутри все так и перевернулось.

«Поразительно», — задумчиво протянул он, склонив голову набок и вглядываясь в меня пристальнее, словно пытался разглядеть ложь, отпечатанную на моем лице. «А ведь я был прав, не так ли?» Он выглядел облегченным, будто до этой секунды сильно в себе сомневался.

«Прав в чем?»

«Ты действительно меня не узнаешь, хотя когда-то мы знали друг друга чертовски хорошо?»

Я в замешательстве покачал головой.

«Я-то наивно полагал, что убив меня, меня будет трудно забыть». Уголки его губ поползли вверх в коварной улыбке. Я абсолютно не понимал, о чем он лопочет. Казалось, у нашего дорогого Смотрителя в голове не хватает пары винтиков для полной комплектации. Я видел его впервые в жизни.

«Если я тебя убил, значит, сработал из рук вон плохо», — заметил я, выгнув бровь, стараясь, чтобы он выглядел еще большим сумасшедшим, чем уже выглядел. «Учитывая, что ты стоишь тут живой и здоровый».

«Ну же, Мэтью. Все ведь прямо перед тобой. Тебе нужно просто протянуть руку и ухватить суть», — пожурил меня Смотритель, снова наклонив голову, будто его искренне поражала моя неспособность связать дважды два.

«Послушай, я и так считал тебя психом за то, что ты пошел против Кейна. Но сейчас ты превосходишь сам себя. Я понятия не имею, кто ты такой. И уж точно тебя не убивал. Вы уверены, что хотите, чтобы этот парень руководил всей лавочкой?» — спросил я, глядя мимо него на троих охранников, которые наблюдали за нашей пикировкой с абсолютно пустыми, профессиональными лицами. «У вас тут наверняка предусмотрен какой-нибудь протокол по отстранению менеджера от должности? Вы затеваете драку с Мрачным Жнецом. Живым оттуда еще никто не выходил».