Лопнувший пузырь, окружавший меня, означал, что она и Алекс ушли. Это был наш оговоренный сигнал, и я с нетерпением хотел им воспользоваться. Мрачная улыбка расплылась по моему лицу, когда я потянулся к тому сгустку тьмы, который носил в глубине сознания.

Власть Смерти мгновенно отозвалась на мой зов, словно рвущаяся на охоту гончая. Я позволил ее леденящему холоду затопить меня изнутри, выметая остатки страха и волнения. На мгновение я застыл в этой тишине, поражаясь тому, насколько собранным себя чувствую. Неужели Орион ощущает себя так постоянно?

А затем я направил свое чутье вовне, выискивая маслянистую скверну Неосмерти. В ту же секунду я запустил в голове ментальный таймер. Я не мог знать наверняка, но был уверен, что они каким-то образом засекут мои действия.

Мои враги были слишком изобретательны, чтобы я мог надеяться на их халатность. Мне крупно повезло подобраться так близко, но это не значило, что удача будет сопутствовать мне вечно. Приходилось действовать так, словно прямо сейчас в какой-нибудь операторской вовсю ревет сирена, предупреждая охрану: Смерть пришла.

К счастью, далеко искать зло, за которым я явился, не пришлось. Оно находилось прямо здесь, в этом же здании. Мои чувства мгновенно на него нацелились — из дальнего угла склада разило словно от тухлой помойки. А это означало, что мне придется пересечь весь склад, чтобы добраться до цели.

Теперь, четко понимая маршрут, я распахнул глаза и подался вперед, сканируя проход на предмет патрулирующих охранников. Но мой сектор был абсолютно пуст, так что я выскользнул из теней и уверенно двинулся вперед.

Я держал силу Мрачного Жнеца наготове. Достаточно было легкого движения запястья, чтобы призвать косу. И это оружие казалось самым правильным для текущей миссии. Эванджелине было строго-настрого запрещено идти со мной, и я расценил это как намек, что для меча Азраила сейчас неподходящее время, так что я оставил его дома в своей оружейной в безопасности. М-да, теперь я окончательно перестал быть типичным калифорнийцем, верно? И всего-то нужно — лишиться души.

Добравшись до развилки, я снова осторожно высунулся, высматривая отряд вооруженной охраны, объявивший на меня охоту. Вместо этого я заметил двоих патрульных: они шли в мою сторону, расслабленно опустив плечи. Спецназовской бдительности в них не угадывалось — обычный плановый обход территории.

Медленно, словно уходящий под воду аллигатор, я отступил обратно в свой проход, втиснулся между двумя огромными ящиками на одной из полок и буквально зарылся в темноту. Я был почти уверен, что большие лужи теней, ложившиеся между конусами свисающих с потолка светильников, задумывались для создания интимной и роскошной атмосферы, но мне они чертовски облегчали задачу по незаметному перемещению.

Я затаил дыхание, пока мужчины не спеша проходили мимо. Они лениво крутили головами, оглядывая взглядом помещение, но их негромкий разговор не прерывался ни на секунду. Профессионалы — спору нет, но глубоко скучающие профессионалы. Только сумасшедший осмелился бы напасть здесь.

Мой взгляд буквально сверлил их спины, пока они продолжали патрулирование, минуя мой ряд и уходя вглубь комплекса. Я заставил себя медленно досчитать до ста. Все еще переживая, что они могут оказаться слишком близко, я накинул сверху еще тридцать секунд и лишь после этого вынырнул из своего убежища, чтобы проверить обстановку. Вокруг не было ничего, кроме поджидавшей меня темноты.

Я пулей пересек перекресток и рванул по следующему длинному ряду, краем глаза разглядывая бескрайнее море заколоченных ящиков с неведомыми чудесами. Что бы я здесь обнаружил, будь у меня время порыться в этих запасах? Подозреваю, что многие «навеки утерянные» артефакты истории покоились прямо сейчас вокруг меня.

О том, что я приближаюсь к сектору с запредельно ценными вещами, стало понятно по резко изменившейся планировке. Путь мне преградила массивная сетка-рабица, натянутая от пола до самого потолка. В нее была вмонтирована металлическая калитка со считывателем магнитных карт, закрывавшая проход.

Я с досадой поглядел на замок, после чего пожал плечами и призвал косу. Материальная тень соткалась в моей руке в то же мгновение, обдав ладонь леденящим онемением. Я перехватил оружие поудобнее и трижды коротко полоснул по стальной сетке.

Лезвие косы прошло сквозь металл, словно сквозь дым. Сетчатый треугольник, достаточно крупный, чтобы я мог пролезть на четвереньках, отвалился и с тихим шлепком рухнул на плотный ковролин. На обычном бетонном полу грохот стоял бы на весь склад. В очередной раз роскошь этого места сыграла против его безопасности.