– Бель? – Ава встревоженно заглянула мне в лицо.

Я лишь мотнула головой. Ава потянула меня в сторону от девочек, которые явно расстроились, что их не посвятили в подробности необычного подарка.

– От Серафины? – Ава нахмурилась, склоняясь к моему уху, её весёлость как рукой сняло.

Я коротко кивнула.

– Покажи.

– Нет, – я отступила на шаг. – Просто грязное оскорбление. Не хочу портить ни себе, ни тебе настроение перед церемонией. Забудем.

Ава неуверенно кивнула, но в её карих глазах плескалась откровенная тревога. Она явно поняла, что там не просто оскорбление.

– Дайте мне пять минут, – попросила я, отворачиваясь к окну и пряча дрожащие руки в карманы халата. – Я сейчас отойду, и мы продолжим приготовления.

– Ладно.

После меня одевали. Натягивали длинные перчатки, шнуровали корсет, аккуратно закрепляли фату. Я смотрела в зеркало и передо мной стояла безупречная фарфоровая кукла. Раньше я не видела себя такой… такой… неужели красивой?

Но это не радовало.

В голове гудела и билась о череп только одна мысль: Рен был у Серафины. Они снова были вместе…

Я не выдержала. Сглотнула сухой ком, царапающий горло, и обернулась к Аве. Постаралась, чтобы голос прозвучал максимально беззаботно:

– Ава… а почему Рен решил устроить свадьбу именно на закате?

Ава тепло улыбнулась, расправляя пышные складки моей фаты:

– Рен сказал, что основное торжество будет на воздухе, под открытым небом, а у тебя голые плечи, декольте, лицо открыто. Он помнит, что солнце плохо влияет на твою кожу. Мой брат заботится о тебе, Бель.

Очередной удар впечатался прямо под дых.

Серафина сказала правду. Рен обсуждал это с ней, иначе откуда она бы узнала? Он обсуждал с ней даже такие мелочи…

Боль разъедала меня изнутри.

Нет! Нельзя ей верить. Серафина могла узнать от знакомых, мало ли Рен сказал и кто-то услышал. Или от организаторов…

Зачем Рену ехать к ней за несколько дней до свадьбы? Незачем. Я просто запретила себе в это верить.

Он выбрал меня… меня…

Дорога к лодке прошла словно в тумане. Подруги махали мне с пирса, рассаживаясь по своим катерам. Вокруг сновали гости, охрана, друзья Рена. Самого жениха не было видно – Ава строго следила, чтобы он не попался мне на глаза до алтаря. Дурная примета.

Меня отправили садится в лодку одну. Гребец молча подал мне руку, усадил на бархатное сиденье и сел спиной ко мне, чтобы грести, мерно опуская вёсла в тёмную воду. Место напротив меня, предназначенное для отца, пустовало. Ава предлагала посадить туда кого-нибудь из старших дружественных кланов, но я наотрез отказалась.

Мы плыли уже несколько минут. Я наконец разжала кулак. Кольцо Кассиана тускло блеснуло на ладони, почему-то ещё сильнее разгоняя чувство тревоги.

Я занесла руку над водой, глядя на белую пену, разрезаемую лодкой.

Нужно было просто разжать пальцы. Одно короткое движение.

Но я не смогла.

Липкая, ядовитая ревность стянула горло тугой петлёй. Сомнения грызли меня изнутри озверевшим волком. Я медленно опустила руку на колени.

Я выброшу его. Обязательно выброшу дурацкое кольцо. Но только после того, как поговорю с Реном.

Остров встретил меня показной типично синдикатской роскошью и густым ароматом цветов. Дорожка к алтарю была усыпана лепестками белых роз. В храме Алых Близнецов они всегда были кроваво-красными, но для меня Рен достал белые.

Я смотрела на высокие своды, отсюда собор был как на ладони.

Рен ненавидел это... Его воротило от всего, что было связано с Близнецами. Но он согласился венчаться здесь. Ради меня.

Он не был с Серафиной. Точно не был, она лгунья.

Меня провели в предсвадебную зону – небольшую комнату с высокими окнами. Священник благословил меня и мягко произнёс:

– У вас есть пять минут, чтобы собраться духовно, дитя моё.

Дверь за ним закрылась. Я осталась одна. Тишина давила на плечи. Я вертела в пальцах кольцо Кассиана, теперь уже жалея, что не бросила его в воду.

Но вдруг раздался тихий щелчок замка.

Я обернулась. В комнату вошла женщина в глухом тёмном платье. Знакомый, резкий стук каблуков – туки-тук, туки-тук – ударил по натянутым нервам хуже хлёсткой пощёчины.

– Джезабель. Давно не виделись.

Я замерла. Старшая монахиня Дженна... именно она стояла передо мной!

Но как она сюда прошла? На остров, где так много людей Рена…

Глава 10.3

– Я пришла от твоего отца, чтобы успокоить тебя в такой час, – голос старшей монахини сочился мнимым благочестием, но зелёные глаза смотрели колюче и зло. – Рен ведь заставил тебя позвонить Бальтазару и сказать все те гадкие вещи, что твой рот произнёс?

Я вздёрнула подбородок. Страха перед ней больше не было. Внутри поднималась холодная, кристально чистая злость.

– Я отказалась дальше помогать отцу сама. Никто меня не заставлял.

Дженна прищурилась, подходя ближе:

– В тебе говорит тьма…