Я медленно опустила руку с телефоном и протянула аппарат Рену. Встретив мой растерянный взгляд, он едва заметно ухмыльнулся одним уголком губ. Забирая мобильник, он нарочито неспешно провел теплыми пальцами по моей коже, заставляя мелкие мурашки рассыпаться по запястью.

Затем Рен поднес телефон к уху.

– Да, Бальтазар, – низким, ровным голосом произнес он.

Ухмылка на его лице стала шире, обнажая хищный оскал зверя. Я затаила дыхание, тщетно пытаясь разобрать слова отца из динамика, но до меня почти ничего не донеслось.

Рен молчал. Он просто слушал, и с каждой секундой этого молчания его янтарные глаза медленно, опасно прищуривались, превращаясь в два узких разреза, полных концентрированной тьмы.

– Уж я-то о ней позабочусь, – внезапно сорвалось с губ Рена.

Я замерла, судорожно втянув воздух. Сердце испуганно пропустило удар: отец упомянул меня.

Рен поймал мой оцепеневший взгляд:

– Твой отец поздравляет нас со скорой свадьбой.

Я до боли закусила губу. Рен снова усмехнулся – ядовито, с явным презрением к этой показной любезности.

– В этом я нисколько не сомневаюсь, Бальтазар, – протянул он, отворачиваясь к широкому панорамному окну.

Я впилась взглядом в его жесткий профиль, пытаясь угадать, что говорит отец.

– Буду ждать, – коротко бросил Рен в трубку и завершил вызов.

Медленно развернувшись ко мне, он произнес:

– Твоего папочку скоро выпускают из тюрьмы.

Я лишь коротко, машинально кивнула, отец мне уже говорил. Всё мое внимание было приковано к ладони Рена. Он сжал дешевый пластиковый телефон в кулаке, и тишину комнаты разорвал отчетливый, сухой хруст.

Он шагнул вперед, сокращая пространство между нами до минимума, и наклонился так близко, что его горячее дыхание обожгло мою кожу, а кончик его носа почти коснулся моего.

– Ты пришла ко мне прошлой ночью только потому, что папочка попросил?

Слова хлестнули наотмашь. Потому что были правдой.

В его хриплом шепоте клокотала ярость пополам с брезгливым разочарованием. Лицо вспыхнуло пунцовым жаром, а внутренности скрутило от липкого, всепоглощающего стыда. Я снова ощутила себя предательницей – только на этот раз я осквернила и растоптала нечто хрупкое, что едва зародилось между мной и Реном.

Я отчаянно пыталась воззвать к остаткам разума: напомнить себе, что он притащил меня сюда силой, запер в четырех стенах, шантажом навязал этот проклятый брак. Но не помогало…

– Рен... – выдохнула я, дрожащей рукой потянувшись к нему.

Но в эту же секунду его пальцы сомкнулись на телефоне с чудовищной силой. Корпус аппарата с резким треском лопнул, расплющенный в мелкую труху. Рен разжал кулак, и пластиковые осколки посыпались на полированный паркет столовой.

Я вздрогнула и отшатнулась, с леденящей ясностью осознав то, о чем раньше старалась не думать: кровь бестии сделала его нечеловечески сильным. Он мог сломать мне шею голыми руками, если бы захотел.

Рен выпрямился во весь свой пугающий рост, не отводя от меня потемневших золотых глаз.

– Став моей женой, ты войдешь в мой клан, – тяжело, чеканя каждое слово, произнес он.

– Я не предам тебя! – выпалила я в отчаянии: – Рен, клянусь, я больше никогда тебя не предам!

Он медленно, с горькой усмешкой покачал головой:

– Знаешь, почему Бальтазар не против свадьбы? Почему так хотел подложить тебя под меня?

Я лишь пожала плечами.

– Потому что, если я умру, всё, что есть у меня, перейдёт вдове, – бросил Рен, а затем развернулся и вышел из столовой.

***

Девочки, ловите момент, сегодня классная скидка на одну из книг нашего моба Даши Вересковой))

Леди Эйвери Холлоуэй потеряла всё, отдав свою невинность молодому герцогу Десмонду Равенкрофту.

Он не только публично высмеял её перед всей Королевской академией, но и лишил куда большего. После их единственной ночи именно он стал новым хозяином фамильяра рода Холлоуэй, от которого зависели магия, положение и будущее её семьи.

Опозоренная наследница была изгнана из академии.

Три года спустя Эйвери возвращается.

Не как студентка, а как помощница преподавателя, в тот год, когда Королевская академия впервые открывает свои двери для учащихся из соседнего королевства. Теперь ей вновь предстоит каждый день видеть человека, разрушившего её жизнь, и тех, кто наслаждался её падением.

Но никто не догадывается, что её возвращение не случайность.

Эйвери пришла вернуть то, что по праву принадлежит ей и её роду.

Глава 10

Белый шёлк халата холодил плечи, но внутри меня разливалось непривычное, почти пугающее тепло. Визажист порхала кистью по моим скулам, без умолку нахваливая бледную кожу.

– Такая невеста у меня впервые! – прошептала она, тепло улыбаясь.

Вокруг суетилась Ава. Она смеялась, отдавала указания, в красках описывая подругам моё платье, расшитое жемчугом, фату и длинные перчатки. Они их еще не видели.

Вот он день моего бракосочетания с Реном…