— Ах да. Ксандер Дракос, — говорит Титус. — Чахнет в одной из крошечных клеток Катерины. Он, вероятно, трахается в задницу одним из зверушек, которых она держит там. Я бы заплатил, чтобы посмотреть на это на видео. На самом деле… — Он достает свой телефон и с видом превосходства начинает печатать сообщение.

— Порядочно одержим этим, не так ли? — отрезаю я в ответ, откидываясь на спинку кресла.

Титус открывает рот, но его отец делает нетерпеливый жест рукой, садясь рядом:

— Довольно.

Когда он произносит это, в его голосе слышится оттенок альфа-приказа, скребущий по моей коже, а его взгляд тяжелым грузом встречается с моим.

— Говорит братоубийца, — резко отзываюсь я.

Тибериус Клосон, столь же закаленный мафиозный босс, как и Коса, сохраняет каменное лицо.

— Позволь мне быть откровенным с тобой, девочка, — говорит он. — Ты уязвима. Без пар. С множеством врагов. На твоей спине висит огромная мишень, и ты ничего не можешь сделать, чтобы остановить темные силы этого мира от того, чтобы сделать с тобой все, что они захотят.

Я вспоминаю угрозы Коллекционерши. Я знаю, что она сделала бы со мной.

Тибериус хлопает в ладоши.

— Мы предоставим тебе и твоим анимам защиту. Мы гарантируем, что многочисленные опасности, которые охотятся за тобой, останутся на расстоянии.

Мои брови ползут вверх.

— В обмен на что?

Титус щелкает металлической челюстью, его темные глаза блестят.

— На тебя. Я отказался от непригодной Регины. Но я возьму тебя в качестве пары. Это выигрыш для всех.

Посеять раздор, разделить нас. Мой желудок сжимается от слов, которые ударят по моей милой, лучшей подруге.

Титус откидывается на спину кресла:

— Минни постоянно рассказывала о тебе. — Он коверкает голос на писклявый: — Лия такая добрая. Лия — лучший человек из всех, кого я знаю. Самая храбрая.

Мое сердце сжимается.

— Я верна своим друзьям, Титус. Я бы никогда не предала доверие Минни. — Мое лицо искажается от отвращения. — Кое-что, чего тебе никогда не понять в этой жизни. Ни тебе, ни твоему отцу-братоубийце.

Тибериус рычит:

— Ты не на своей глубине, девчонка. Ты не знаешь, с какими силами играешь. Смерть и кое-что похуже стучат в твою дверь.

Я фыркаю через нос:

— Ты забываешь одну ключевую вещь, Клосон.

— И какую же?

Я подаюсь вперед в кресле.

— Эти силы. Тот змей, который вырастил меня, научил меня кое-чему перед тем, как выбросить прочь. Вы мне не нужны.

Тибериус вздыхает и делает жест Титусу:

— Мы думали, что до этого может дойти.

Зверь приходит в возбуждение, его движения становятся быстрыми и нетерпеливыми, пока он открывает ноутбук перед собой, нажимает несколько кнопок и разворачивает его так, чтобы я могла видеть экран.

Ледяной холод струится по моему позвоночнику, когда я распознаю сетку трансляций с камер. Я узнаю это место мгновенно.

— По крайней мере, Ксандер пригодился для пары вещей, когда сменил сторону, — замечает Титус. — Добыл нам прямую трансляцию изнутри Академии Анимусов. Но посмотри сюда… — Он кликает на одну из мелких трансляций, увеличивая ее, так что я получаю вид в режиме ночного видения на то, что похоже на одну из каверн под зданием. Два самца — студенты-львы, которых я узнаю, — стоят у больших труб, уткнувшись в телефоны, экраны которых освещают их лица. Титус достает свой телефон и набирает номер. Мы наблюдаем, как лев повыше отвечает на звонок.

— Делай, — рявкает Титус перед тем, как повесить трубку.

Анимус на экране убирает телефон в карман и достает отвертку.

— Что вы делаете? — гаркаю я.

— Портим водоснабжение академии, — самодовольно говорит Титус.

Лев роняет отвертку и протягивает руку к другому, который передает ему бутылку с чем-то, что тот начинает впрыскивать в трубопровод.

— Старомодный токсин, — говорит Тибериус. — Как и ты, мы учились у лучших.

Они имеют в виду моего отца. Яд всегда был излюбленным оружием змея. Я качаю головой в неверии.

— Школа создана драконами. Она не позволит вам…

— Она не сможет очистить воду вовремя, — перебивает Тибериус. — Не с тем количеством, которое мы сбрасываем в ее систему. О! Смотри, ужин в самом разгаре.

Титус переключает камеру на ту, что находится в обеденном зале, где студенты выстроились в очередь у шведского стола, а несколько из них стоят за напитками, который Тереза наливает из крана. Стейси стоит во главе очереди, Юджин у нее под мышкой, а Герти и Генри — на плечах. Она берет стакан с напитком и пьет.

Я тяжело вдыхаю. Ничего не происходит. Стейси идет к нашему привычному столу и садится.

— В любую минуту, — цедит Титус.