Повелитель василисков прыгает прямо с крыши склада, разинув пасть и нацелив на меня клыки. В восторге от того, что он заглотил мою наживку, я сбрасываю тени с глаз, высвобождая синие лазеры. Моя сила снова гудит в воздухе, ударяя Упыря прямо в морду. Его голова откидывается назад, прежде чем он сворачивает в сторону и валится набок, а от его приземления сотрясается сама земля.

Наблюдавшие за нами неподалеку змеи спасаются бегством на своих машинах, крича в средства связи под визг шин. Я снова прикрываю глаза, пока Упырь приходит в себя и поднимается. Мы кружим друг напротив друга на бетоне, а резкие лучи прожекторов показывают мне каждый сантиметр обожженной плоти на этой могучей морде.

Больно? — спрашиваю я. — Когда твоя пара ранит тебя?

Он не сводит с меня глаз, слабый красный свет сфокусирован за тенями.

Я бы сказал, что ты в этом эксперт. Должно быть, это рекорд. Четверо из зверей, которых ты зовешь парами, пытались причинить тебе боль.

Я слежу за каждой его мышцей, пока мы продолжаем кружить.

Ты правда их ненавидишь?

Его язык пробует воздух, большой и раздвоенный. Я помню, как он облизывал меня в клубе «Яд».

Как я мог их не ненавидеть? Они ничего не сделали, чтобы заслужить тебя.

Мой разум замирает в чистом шоке. Тени вырываются из его тела, и, не ожидая этого движения, я отлетаю в сторону, но они просто следуют за мной. Полосы теней обвивают мое тело, сковывая мышцы. Я извиваюсь в их хватке, пока Упырь наступает, а красный свет его глаз набирает силу.

Я толкаю его телекинезом, который заставляет его волчком закружиться назад, точно горизонтальный ствол дерева. Связывающие меня тени ослабевают, и я сбрасываю их, чтобы продолжить преследование. Упырь приземляется, кубарем катясь по бетону, а я прыгаю ему на спину, закручивая свой хвост вокруг его хвоста и обвивая его тело, пока не натягиваюсь в струну, полностью зажимая его. Он протестующе шипит.

Повод подобраться ко мне поближе? — насмехается он.

Нет, — рычу я. — И держи свой гемипенис подальше от меня.

А ты можешь пристроить свою клоаку куда угодно.

Было время, когда я позволила своей паре совершить ошибку. Позволила ему воспользоваться мной.

Ксандер, возможно, никогда не оправится от того, что сделал. Его сожаление ничего для него не значит. Я не позволю этому повториться. — Я сжимаю его тело своим, точно анаконда добычу. — Я чувствую твои легкие, — говорю я с яростью. — Воздух, который пытается пробиться внутрь.

Я чувствую биение твоего сердца, — шепчет он.

Я пытаюсь распутаться, но уже слишком поздно. Мы сплетены, и Упырь, чувствуя мои намерения, начинает закручиваться вокруг меня. Его сила обвивается вокруг меня, темная и плотная. Его чешуя трется о мою, теперь теплая, скользит и расшатывает что-то у меня внутри. Внезапно мне хочется вдохнуть эту темную силу в самые глубины легких и позволить ей поглотить меня, пока я не опьянею от нее.

Я ждал тебя, — говорит он за мгновение до того, как мое зрение гаснет и все погружается во тьму.

Глава 73

Упырь

Чуть больше года назад

Она в нашем бунгало, но на этот раз на диване лежит дорожная сумка, и она бережно пересчитывает вещи внутри. Она издает тяжелый вздох и трет глаза. Я знал, что это произойдет, но внезапное осознание причиняет боль, с которой ничто не может сравниться.

Она собирается уйти.

Уйти от меня.

Я никогда не видел метку на ее шее, но я знаю, что она — моя. Я позволил себе осознать это, как только она достигла совершеннолетия. Как только Мейс Нага пришел в наше бунгало и заставил ее подчиниться. Для меня все стало окончательным.

Время наконец пришло. И у меня нет другого выбора.

* * *

Я — чудовище в камере, состоящей из сплошной тьмы, тишины и холода.

И это к лучшему.

Это напоминает мне то время, когда я был мал, и семья отослала меня прочь из деревни, чтобы я остался один там, где не смогу никому навредить. Где мои глаза не убьют моих друзей. Все, что я помню о своих опекунах, — это шепот «Прости», переносимый отчаянным дыханием. Напуганным дыханием.

И теперь, в ином роде заточения, я лежу в целости и сохранности, когда входит она.

Я чувствую только облегчение от силы, проникающей сквозь стальную дверь. Эта золотая сила несет обещание моей болящей душе. Опытный разум касается моего позвоночника. Сначала тот дергается от неожиданности, а затем бережно обращается с силой, которой я сам себя связал.

Моя Регина пришла за мной.

Все сработало. Все будет хорошо.

Глава 74

Аурелия

Чешуя Упыря скользит по моей чешуе, и я осознаю, что он полностью удерживает меня: вся длина его могучего тела намертво обвилась вокруг моего. Он должен пытаться убить меня, так почему же после того, что я только что увидела, это приносит утешение?