Ты так и не рассказал мне, как оказался в Доме Полупернатого, — говорю я, отпуская его и прыгая с крыши склада. — Я очень хорошо изучила твой позвоночник. Если я выиграю, ты должен будешь мне рассказать.

Упырь ничего не отвечает, когда я поворачиваюсь и вижу, как он смотрит на меня с крыши, высовывая язык, чтобы попробовать воздух. Краем глаза я замечаю, как синий купол исчезает, и мои пары бегут к складам.

Глава 71

Ксандер

Стая Деви остается у линии деревьев, пока мы с Дикарем на пределе сил бежим к дальнему складу, следуя за полупрозрачной астральной формой Ракель. Коса и Лайл направляются к центральному складу, где Упырь прямо сейчас в своем противостоянии с Аурелией. У меня есть скверное подозрение относительно того, как анима-волчица оказалась здесь, но нам придется разложить все по полочкам позже.

Мне приходится убеждать себя в том, что с Аурелией все будет в порядке, потому что порыв влететь туда и вырвать глотку этому чешуйчатому чудовищу слишком силен. Мы чувствуем, что они общаются телепатически, но были ли это насмешки или флирт, мы, возможно, никогда не узнаем. Минни пообещала мне вмешаться, если в битве что-то пойдет не так, и я свято верю, что у нее хватит силы сбросить этого ублюдка с крыши, если она захочет. Это единственное, что позволяет мне сохранять терпение, когда мы проникаем на первый склад.

Камеры? — влезает Дикарь у меня в голове.

Отключены.

Я пустил помехи по электронике в ту самую секунду, как только синий купол рассеялся. Мейс потратил на это место кучу кровавых денег, а дорогие склады зависят от электроники. Выруби ее — и они переключатся на резервные генераторы. Выруби резервные генераторы — и они переключатся на третью линию. Выруби генераторы третьей линии — и все перейдет на ручное управление, как сейчас. Противопожарные двери сами собой распахиваются, и Ракель отчаянно жестикулирует, зазывая нас внутрь. Я включаю питание обратно, чтобы не вызывать подозрений, оставляя заглушенными только камеры. Кто бы ни был внутри, они спишут это на сражающихся василисков.

Надеюсь, это не ловушка, — бубню я им обоим. — Надеюсь, здесь нет никакого экспериментального гибрида змеи и волка или чего-то в этом роде.

Ракель бежит вперед, проходя прямо сквозь меня — неприятное, заставляющее дрожать ощущение, — прежде чем замедлить ход:

Соблюдайте тишину!

Дикарь оглядывается через плечо с озадаченным лицом, пока мы шагаем за анимой-волчицей по темному коридору. Мы преодолеваем один пролет металлической лестницы, затем другой и выходим в хорошо освещенный коридор с остеклением. Ракель прикладывает палец к губам и указывает на первое окно. Снизу доносится множество голосов, один из которых кажется знакомым. Ракель приседает и дальше ползет на четвереньках. Мы с Дикарем повторяем за ней, проползая под окнами, чтобы взглянуть на склад снизу.

Шарлотта, блять, Нага стоит в бейсболке и со свистком в центре ряда плотных синих гимнастических матов, пока дети бегают вокруг нее с самыми настоящими армейскими винтовками. Я тихо ругаюсь сквозь зубы.

— Это что, школа? — шепчет Дикарь.

Они отрабатывают б-боевые приемы, — отвечает Ракель. — У них настоящие п-пушки. Но посмотрите в с-сторону.

Я следую за покрытым татуировками прозрачным пальцем Ракель в самый правый угол зала, где группа подростков помладше, едва достигших возраста брачной метки, держит в руках темных полупрозрачных змей.

— Почему у них крошечные змеи? — спрашивает Дикарь. Но мои магические глаза видят, что это вовсе не физические змеи. Будь я религиозным зверем, я бы перекрестился.

— Этого не может быть, — бубню я. — Как они вообще научились делать это?

Широко раскрытый взгляд Ракель подтверждает, что это правда.

Я думала, что такой т-тип магии — это м-миф.

— Это самая темная магия, — говорю я. — Разумеется, они используют ее теперь. Но детьми…

— Это же детеныши, — шепчет Дикарь. — Мы не можем их убить.

Ракель прикладывает палец к губам, прежде чем жестом предложить нам спуститься обратно. Мы послушно следуем за ней. Я хочу убраться из этого места прямо сейчас, и Дикарь тоже. Мейс использует детей-солдат. Я не должен удивляться, но, блять, удивляюсь. В войне должны быть правила, но, похоже, при Змеином Дворе теперь дозволено все.

Дикарь больше не может сдерживаться, и когда мы спускаемся обратно в темный коридор, ведущий наружу, он поворачивается к Ракель.

— Почему ты не прилетела обратно к нам? — спрашивает он, хватаясь за волосы. — Мы так волновались, Ракель!

Ракель нехарактерным жестом потирает руку.

— Насчет эт-того…

Глубокое рокочущее рычание разносится дальше по коридору. Четыре волка выходят на охоту, скаля зубы, пока слюна капает из открытых пастей.

— Оказывается, — неловко говорит Ракель, — я Регина5 стаи, которая охраняет это м-место. Серебряные Хвосты. И они… теперь привязаны ко мне.

Я хватаю Дикаря за талию и бегу.

Глава 72

Аурелия