Кузены, живущие на другом конце страны, прислали мне электронное письмо, но скорее из любопытства, чем из заботы. Соседи выглядывали из окон всякий раз, когда я уходила или возвращалась, но никогда со мной не разговаривали. Ваания и Кейтлин утром помахали мне издалека. Маркус вообще вышел из комнаты, когда я зашла налить кофе, а Кортни притворилась, будто говорит по телефону.

Джейк оказался единственным, кто вышел на связь, да и то лишь потому, что все еще пытался залезть ко мне в трусы.

Я осталась одна. Совсем одна.

Мысль, которая появилась у меня в начале лета, подтвердилась. Если я исчезну, всем будет плевать. Земля продолжит вращаться, жизнь пойдет своим чередом.

Разве плохо хотеть значить для кого-то так много, чтобы ради тебя у человека весь мир перевернулся?

Для Джуда перевернулся. Он за секунду принял решение пожертвовать своей безопасностью и положением в криминальном мире и в ФБР ради меня. Но эту деталь я доктору Чен рассказывать не стала.

А потом я сбросила бомбу, которую вынашивала с самой первой лекции: я не знала, смогу ли остаться в Олкотте.

Дело было не в том, что я чувствовала себя в опасности или мне разонравилась работа. Просто история, которую раструбили в новостях, теперь всегда будет идти впереди моих профессиональных достижений. Шепотки за спиной всегда будут ставить под сомнение мою способность выполнять свою работу.

Я больше не была доктором Хоторн.

Я стала той самой девчонкой.

И все из-за него.

Даже при том, что Джуд пожертвовал ради меня своим миром, мой мир он разрушил.

— Стой где стоишь. Я звоню в полицию, — сказал Джейк.

— Нет. Я сама с ним разберусь, — пробормотала я, снова выезжая на улицу. — Полиция обойдется с ним слишком мягко.

Вместо того чтобы ехать в ближайший участок, я выжала газ до упора и помчалась домой.

Возможно, Джуд думал, что мы как-то помирились, но это было не так.

Я все еще дико злилась на него.

Дорога до дома заняла вдвое меньше времени, чем обычно, спасибо моей ярости.

Как бы сильно я ни тосковала по нему, сейчас мне хотелось только одного — чтобы меня оставили в покое.

В конце концов я излечусь от этой любовной горячки.

Джейк ждал меня на парковке, меряя шагами пустое место вокруг своей машины.

— Амелия, не думаю, что тебе стоит...

— Все нормально, — отрезала я, выскакивая из салона. — А вот с ним все будет очень ненормально, когда я закончу.

Джейк огляделся.

— Кажется, он ушел.

Нет. Джуд понял, что Джейк его срисовал, еще до того, как тот достал телефон, чтобы набрать мой номер.

Джуд наблюдает откуда-то неподалеку.

— Со мной все будет в порядке. Мне просто нужно с ним поговорить.

Джейк недоверчиво усмехнулся.

— Он должен сидеть в тюрьме.

Я сглотнула, соображая, сколько ему можно рассказать.

— Ты не знаешь всей истории. Кое-какие детали в новости не попали.

— Это какие еще детали? — практически закричал он. — Он тебя похитил! Он преступник! Он...

— Он из ФБР, — тихо произнесла я. — Когда он... забрал меня... он работал под прикрытием.

Джейк замер.

— Да. Я тоже удивилась. Но у них есть веские причины не предавать это огласке. Это могло бы сорвать расследование, которое он вел.

Я несла полную чушь, но Джейк-то об этом не знал. Эту картинку я сама собрала из тех обрывков пазла, что подкинул мне Джуд. Для меня все сходилось, и, судя по виду Джейка, он схавал эту историю.

— Это останется между нами, — добавила я. — Он не опасен. Просто выполняет свою работу.

— Если он не подонок, то почему ты вернулась в Нью-Хейвен абсолютно травмированной после всего этого дерьма? Ты почти не ешь. Сократила учебные часы. Закрылась от всех...

Я аж отшатнулась.

— Я ни от кого не закрывалась! Телефон работает в обе стороны. Я все ждала, когда Ваания, Кейтлин, Маркус или Кортни позвонят, напишут или хотя бы заглянут ко мне в кабинет. И знаешь, что я услышала? Нихуя. Гробовую тишину. Я всегда звонила первой. Всегда сама строила планы. Сама всех собирала. С меня хватит. Это не дружба. Я чувствовала себя массовиком-затейником, и я увольняюсь с этой должности.

— Амелия...

— И ты, — я язвительно усмехнулась. — Ты просто ждешь, когда меня «отпустит», чтобы снова позвать на свидание и не чувствовать себя при этом виноватым.

— Это... — Джейк шумно выдохнул и уставился в небо. — Это не так...

Но отрицать не стал.

— Мне больно видеть тебя в таком состоянии, — Джейк запустил пятерню в волосы. — Ты же жить нормально не можешь. Мне плевать, насколько «не опасным» ты его считаешь. Это он с тобой сделал. И я не понимаю, как ты этого не видишь.