— Ты выглядишь лучше, — продолжил он, и голос смягчился. — На щеках появился цвет. Но я вижу, что на ногах ты все еще держишься не совсем уверенно. Ты пила чай, который оставил целитель?

Гекла моргнула от такой резкой смены темы.

— Посохи, Хаконссон. Сосредоточься. Ты прошел по следу Спиральных Посохов?

Эйвинд открыл рот, затем закрыл.

— Полагаю, это значит «нет». Неважно. Можешь продолжать веселиться, пока мы с Сигрун и Гуннаром…

— Ты не вернешься в этот лес. — Эйвинд провел рукой по лицу. Жест вышел мальчишеским, и, к досаде Геклы, немного остудил ее злость. — Я не потерплю нарушения моих приказов. Наш долг — завершить это дело, соблюдая требования Лофтура…

— Наш долг — перед жителями Истре.

— Именно! И это чудо, что мне удалось скрыть от Лофтура твою наглую выходку. В следующий раз мне может так не повезти. Но Конал и некоторые мои воины… — Эйвинд рассмеялся, хотя весельем в этом смехе и не пахло. — Твое неповиновение подрывает мой авторитет в глазах моих людей. Будь на твоем месте кто-то другой, его бы вышвырнули из отряда.

Гекла вызывающе скрестила руки на груди. Пусть скажет вслух то, вокруг чего ходит кругами.

— Но в качестве одолжения, — продолжил Эйвинд, — я дам тебе второй шанс.

Смех, сорвавшийся с ее губ, тоже был без капли веселья.

— Второй шанс, — тупо повторила она. Из всех слов он выбрал именно эти…

— Гекла, — прошептал Эйвинд, скользнув ладонью к ее левому локтю, словно хотел поддержать. На мгновение Гекла забылась. Качнулась к нему. Но чувства тут же вернулись, и она вырвала руку.

Эйвинд моргнул, будто тоже успел забыться. Он прочистил горло, но, когда заговорил, голос все равно звучал немного хрипло.

— Я могу дать тебе только один шанс, Гекла. Если снова ослушаешься, я отправлю тебя обратно в Копу.

В сознание ворвался голос бывшего мужа, и его слова звучали так отчетливо, будто не прошло многих лет.

«Я отвезу тебя обратно в дом. Прикую к столбу. Тогда-то ты научишься не перечить мужу».

Ярость Геклы вспыхнула, как раскаленная лава, жадная до того, чтобы жечь и уничтожать. Она оттолкнулась от стены. Оказалась лицом к лицу с Эйвиндом.

— Только попробуй отправить меня куда-нибудь, золотой мальчик, и я выпущу тебе кишки.

С этими словами она круто развернулась на пятках. Игнорируя пляшущие перед глазами звезды, Гекла ворвалась обратно в медовый зал, чтобы найти Сигрун.

ГЛАВА 11

Несколько дней назад

Гекла застонала так громко, что была уверена: ее услышали даже звезды высоко в небе. Но ей не было до этого дела — не тогда, когда она сидела верхом на лице Лиса. Не тогда, когда он сжимал ее дрожащие бедра, прижимая к губам и лаская нежную плоть. И когда напряжение, копившееся в животе, наконец взорвалось, все остальное перестало иметь значение. Перед глазами закружился калейдоскоп пурпурных и шафрановых пятен, а во рту разлился вкус сладкого дудника2 и меда.

Совершенно обессиленная, Гекла то ли скатилась, то ли свалилась с Лиса. Начинали они лаская друг друга, но в какой-то момент она совершенно забыла про его член. Тяжело дыша на одеяле, она чувствовала, как мир вокруг нее будто раздувается. Но когда по заднице прилетел жгучий шлепок, ее резко вернуло в реальность.

Гекла сердито посмотрела на Лиса. Тот приподнялся на локте и ухмыльнулся с чисто мужским высокомерием. Но когда его взгляд прошелся по изгибам ее тела, в нем появилось что-то напряженное и нечитаемое. Стоило ему скользнуть глазами по культе, как Гекла приготовилась к вопросам. Но он сказал лишь:

— Ты прекрасна в таком виде.

Она нахмурилась:

— Ты издеваешься.

Брови Лиса сошлись на переносице.

— Нет.

Гекла стала искать на его лице веселье или насмешку, но с удивлением обнаружила лишь искреннее непонимание.

— Давай попробуем еще раз, — сказал он, проводя пальцем по ее нижней губе. — Я говорю, что ты прекрасна вот такой, в лунном свете, с раскрасневшимися щеками, а ты просто принимаешь комплимент.

Лис наклонился и прижался губами к ее губам, и поцелуй быстро превратился во что-то глубокое и тягучее. К досаде Геклы, она почувствовала, как левая рука сама собой обвивает затылок Лиса, притягивая его ближе. Она смутно осознавала, что этот человек обретает над ней слишком большую власть. Что он был именно тем воплощением опасности, которого она так старательно избегала.

Но жадный звук, вырвавшийся у него из горла, смел прочь все эти мысли. Его желание было ясно как день. Отстранившись, он прижался лбом к ее лбу, и его взгляд горел все той же напряженностью.

— Теперь понимаешь? — дыхание Лиса было прерывистым, в голосе слышались резкие нотки. — Я бы никогда не стал шутить такими вещами.

С этими словами он откатился в сторону, оставив Геклу моргать, глядя в усыпанное звездами небо. Кто, во имя священного пепла богов, он вообще такой?

Она с трудом села, радуясь, что из глаз Лиса исчезла вся серьезность. Он выпятил грудь и громко провозгласил: