— У меня там учится… друг. Дитер Шмидт. И вот я лично видела, как его ректор чуть ли не силком тащил назад, приговаривая, что с ним сделает, если тот ещё хоть шаг за забор ступит.

— А-а, Дитер, — протянул парень. — Там ситуация особая. Вообще, выходить можно, но есть свои оговорки.

Саймон ответил так уклончиво, что я сразу поняла: здесь что-то нечисто. И выходить запретили исключительно Дитеру, а не всем студентам.

Провинился, что ли? И надолго ли его заперли? На месяц или в принципе теперь под домашним арестом пока не доучится?

Вот только что именно там произошло и почему узнать так и не удалось. Саймон либо не знал, либо умело делал вид.

В итоге я плюнула, отняла у него кружку с давно допитым чаем, и практически выставила со своего участка, приказав возвращаться обратно в академию и больше не мозолить мне глаза.

А сама вздохнула.

Легче не стало и понятнее тоже. Всё ещё было чёткое убеждение, что я совершила ошибку.

Но вместо того, чтобы признать это и посыпать голову пеплом, я решила, что нужно совершить ещё несколько таких же ошибок. Для коллекции…

Так что, подхватив пустую корзину, я отправилась в сторону рынка.

***

Городок при академии жил своей жизнью. Узкие улочки, мощённые булыжником, были достаточно многолюдны в послеобеденный час.

Кто-то торговал хлебом, кто-то — тканями, кто-то — глиняной посудой.

Я прошлась по рядам, прицениваясь к товарам. Масло для лампы стоило дорого, и я поняла, что мне придётся либо экономить, либо искать другие источники света. Но это была отдельная проблема.

Больше всего меня интересовали травы. Здесь, в городе, цены на них были просто грабительскими. Сушёная ромашка стоила в три раза дороже, чем в нашей деревне. Зверобой — и вовсе как золото.

— Ну что ж, — сказала я себе, — значит, я на правильном пути. Если я смогу насушить достаточно трав, будет на что жить… Если меня местные торговцы не прибьют за такое.

С другой стороны, я присмотрелась к тем, кто сидел в этих рядах, и поняла, что травников здесь нет. Только перекупщики, которые покупают сырьё у таких же, как я.

То есть нужно только сторговаться, и я смогу сбывать травы им. Не так выгодно, как торговать самой, но более безопасно.

А торговцам красота! Ездить никуда не нужно, то есть расходы на дорогу уменьшаются практически до нуля.

Я купила небольшую буханку хлеба, немного сыра и раскошелилась бутылку масла для лампы.

Возвращаться в свой проклятый дом не хотелось, но деваться было некуда.

Снова день пролетел бестолково. Вроде бы и событий было много, а результата как не было, так и нет.

От такой несправедливости захотелось расплакаться.

Вместо этого я заправила лампу маслом и снова пошла на кухню, полюбоваться тем ужасом, что натворил Саймон и его тяга к экспериментам.

И уже на пороге застыла.

Участок примерно метр на метр — именно там, где разбилась банка с зельем, — сиял чистотой, особенно заметной на фоне вездесущей чёрной субстанции.

— А это уже интересно, — прошептала я.

Визуал Анны и Саймона

Глава 17

Кухня блестела. Не как хрустальный дворец, конечно. Скорее как кухня в добротном доме, которую драили зубной щёткой с завидным упорством целый месяц.

Я стояла посреди неё с тряпкой в руках и чувствовала себя генералом, который только что захватил главный город соседнего королевства.

И плевать, что на очистку одной только кухни ушёл целый месяц. И на то, что чёрная слизь по кличке Тузик всё ещё занимала оставшуюся часть дома — тоже начхать.

Главное было в том, что я справилась!

Кстати, тряпка в моих руках была скорее как знамя, а не как рабочий инструмент. Тереть и мыть всё это было совершенно бесполезно.

Магическая субстанция не оттиралась. Она уползала сама, поскольку моё зелье ей просто не нравилось.

— Гордишься собой? — уточнил Саймон.

Он почти привычно сидел на крыльце, воркуя с Тузиком. Спустя несколько визитов этого ненормального, я решила, что выгонять его себе дороже и смирилась с его присутствием в этом доме.

Тем более советы он давал иногда дельные… когда не портил всё своим излишним энтузиазмом.

— Разве что тем, что до сих пор тебя не прибила за все твои художества, — ответила я, закатив глаза. — Хоть представляешь, как мне страшно жить под боком с твоим мутировавшим Тузиком?

— Он не агрессивный, — успокоил меня Саймон. — Смотри, кухня уже совершенно чистая. Это прогресс.

— Угу, — кивнула я. — Через год домою гостиную, ещё через два — спальню, а к старости, возможно, доберусь до чердака, где, я уверена, живёт нечто, способное меня съесть.

— Логично распределяешь силы.

— Спасибо, что ценишь.

— Ещё как. И ты уверена, что у тебя нет магического дара? Я всё же сомневаюсь, что травяные отвары способны отогнать Тузика…

— Уверена, — отрезала я. — И вообще, хватит мне зубы заговаривать. Помоги мне отнести корзины, сегодня ярмарка в конце концов!

Я ждала этого дня очень долго!