Третий вариант мне даже нравится, пока я не вспоминаю, что тему письма писала сама и написала там номер объекта, который он лично просил поднять.

То есть откроет он его первым.

Хватаю телефон.

«стеша, ты спишь?»

«сплю»

«вставай, у меня тут пипец! я отправила пост про наследника его отцу»

Три точки. Долгие.

«ева»

«я тут»

«ты серьезно сейчас»

«стеш я перепутала файл»

«это еще хуже чем если бы ты сделала это специально»

«я знаю»

«ты хоть понимаешь что тебя посадят»

«за пост не сажают»

«с их связями все возможно»

И вот в этот момент, где-то между отчаянием и паникой, я вспоминаю. Пароль. Я видела админский пароль.

Тот самый. Который девушка из технического отдела набирала, пока возилась с моей почтой.

Дальше я не думаю. Думать вредно, я это давно поняла.

Одеваюсь, беру ключи и спускаюсь по лестнице так тихо, как умею. Отец спит крепко. Регина спит чутко, но, к счастью, пригубив игристого, она вряд ли проснется.

Прыгаю в машину. Ночью город пустой, и до офиса я долетаю неприлично быстро.

За стойкой сидит тот самый охранник. Мы с ним, можно сказать, старые друзья.

– Вы куда?

– Ноутбук забыла.

– Где?

– В архиве.

– В архиве, – повторяет он таким тоном, будто я сказала «в казино».

– Я стажер. Мне велено найти и отправить один важный документ главному, – говорю я с придыханием, пытаясь произвести впечатление. – Это очень срочно. Так что, если вы меня сейчас не пропустите, то мне, кстати вместе с вами, секир башка!

Он молча прикладывает мой пропуск к считывателю.

Турникет открывается.

Как выяснилось, стажерский пропуск работает круглосуточно. Видимо, никому в этой компании не пришло в голову, что стажер добровольно вернется сюда ночью.

Спускаюсь на минус первый, потому что охранник смотрит мне вслед. Стою там в темноте, чувствую себя героиней очень плохого фильма и жду.

Потом выхожу к пожарной лестнице.

Лифт на шестнадцатый без карточки не идет. Так что придется топать ножками.

Шестнадцать этажей пешком – это, я вам скажу, удовольствие ниже среднего. На пятом я еще бодрая. На восьмом начинаю злиться на Ингу Львовну. На одиннадцатом – на отца. На тринадцатом – на весь мир. На пятнадцатом злиться уже нет сил, и я просто ползу.

На шестнадцатом меня встречает дежурный свет, ведро и звук пылесоса где-то очень далеко.

Дверь на этаж открыта. Приемная открыта. Кабинет тоже открыт, и это, честно говоря, слегка обидно: я тут задыхаюсь на лестнице, потому что к лифту доступа нет, а к великому и ужасному можно просто войти.

Кабинет у Каверина-старшего меньше, чем я думала. И в целом очень скромный. Стол, кресло, шкаф и окно во всю стену, а за окном весь этот город, который они строят и продают, светится и переливается.

Компьютер не выключен. Просто в спящем режиме.

Дальше все идет так легко, что даже удивительно. Пароль подходит с первого раза. Почта открывается. Непрочитанных писем у человека тысяча двести, и мое лежит седьмым сверху

Не прочитано.

Удаляю. Захожу в корзину, удаляю оттуда тоже, потому что я, может, и дура, но не настолько.

Все. Я спасена.

Сижу в чужом кресле, смотрю на светящийся город и думаю, что вообще-то у меня, возможно, талант. Не самый полезный, конечно, но какой есть.

И тут включается свет.

– Ты совсем что ли охерела?!

_______________________

А кто это у нас тут пожаловал?)

Глава 5

Голос я узнаю раньше, чем оборачиваюсь.

И мне становится легче. Правда легче.

Потому что в дверях стоит парень из лифта. Мой айтишник. Тот самый, которого я целый день искала, тот, у кого нет пропуска и который, судя по всему, ходит тут где хочет и когда хочет.

– Слушай, не представляешь, как ты вовремя! – выпаливаю я, вылезая из кресла. – Мне срочно нужна помощь. Тут такая история, ты сейчас упадешь!

Он достает телефон и начинает снимать.

– Эй. Ты чего?

– Продолжай, – говорит он. – Я весь внимание.

– Убери телефон!

– Стрельцова Ева. Стажер. Ночь. Шестнадцатый этаж. Кабинет владельца. Открытая почта. – Камера снимает стол и возвращается ко мне. – Что ты искала в почте?

– Ничего.

– Я тут стою уже две минуты.

– Тогда чего спрашиваешь?

– Хочу услышать твои оправдания.

Так. Спокойно, Стрельцова. Ты выкручивалась и не из такого.

– Хорошо, – говорю я самым душевным голосом, на который способна. – Ситуация дурацкая, но абсолютно безобидная. Я отправила шефу не тот файл. Просто перепутала, с кем не бывает? Письмо никто даже не открыл. Никто не пострадал, никого не убили, страна спит. Прекрати снимать, и разойдемся друзьями.

– Друзьями, – повторяет он.

– Ну да. Я тебе даже кофе поставлю. Или что ты там пьешь.

Он опускает телефон и убирает его в карман. Я выдыхаю.

– Стрельцова, ты вообще понимаешь, в чьем кабинете стоишь?

– Понимаю. Германа Викторовича.