Я смотрю на схему. Смотрю очень старательно, но нихрена не соображаю.

– Видишь? – спрашивает он.

– Ага.

– Что видишь?

– Схему.

– Стрельцова.

– Я вижу схему, Марат Германович. Прекрасную схему. Одну из лучших схем в моей жизни. Никогда таких обалденных не видела.

Он поворачивает голову. Мы оказываемся лицом к лицу, и расстояние между нами такое, что я успеваю заметить, что глаза у него не карие, как мне казалось, а темно-серые.

Секунду мы просто друг на друга смотрим.

– Отойди на шаг, – говорит он.

– Это вы наклонились!

– Я наклонился к экрану.

– А я стою где велено!

– Тогда стой на шаг дальше.

Я фыркаю и возвращаюсь за свой стол. Открываю ноутбук и минуты три очень внимательно изучаю пустую папку, потому что делать мне все равно нечего, а лицо у меня, судя по ощущениям, красное.

Отлично, Стрельцова. Просто отлично. Мужик тебя шантажирует, держит на коротком поводке и обещает сдать отцу, а ты тут глаза его разглядываешь. Идиотина.

Вдруг дверь снова распахивается. Но на этот раз так, что со всей дури бьется о стену.

– Каверин, ты живой вообще, сучонок? Я тебе три раза...

Парень, который заходит, останавливается посреди кабинета и смотрит на меня.

А я смотрю на него.

Ян Соловьев.

В моих черновиках он занимает не одну папку, а несколько. Ян красивый, Ян обаятельный, Ян всегда в центре внимания, и Ян – единственный человек в этом городе, про которого мне рассказывают, а потом просят ничего не публиковать.

– О, – говорит он. – А это что за прелесть?

– Стажерка, – отвечает Марат.

– С каких пор у тебя стажеры сидят в кабинете?

– С сегодняшних.

Ян подходит ближе и протягивает руку.

– Ян.

– Ева.

– Ева. – Он повторяет мое имя так, будто пробует его на вкус, и не отпускает мою руку на полсекунды дольше, чем нужно. – Почтен, мадемуазель. Слушай, а тебя за что к нему? Ты кого-то убила?

– Хуже. Я перепутала файл.

– Это как?

– Долгая история.

– Обожаю долгие истории, – говорит Ян и садится на угол стола Марата с таким видом, будто этот стол принадлежит ему. – Кстати, ты вечером свободна? Мы едем в одно место, там будет...

– Она занята, – говорит Марат.

Ян поворачивается к нему.

– Чем?

– Работой.

– Вечером?

– У нее много работы. Еще отрабатывать и отрабатывать.

Пауза, которая повисает после этого, мне очень не нравится. Не потому, что она неловкая. Потому что Ян смотрит на Марата, Марат смотрит в экран, и оба они прекрасно понимают что-то, чего не понимаю я.

– Ну лааадно, – тянет Ян и встает. – Значит, в другой раз, Ева. Я тебя найду, уж будь уверена. В этой шарашкиной конторе все друг друга знают.

Он уходит.

Я сижу и думаю, что фраза «я тебя найду» сейчас прозвучала очень странно.

– Стрельцова?

– Да?

– С Соловьевым не общайся.

Ну надо же. И это говорит человек, который вчера ночью объяснял мне, что я теперь его прислуга.

– А можно узнать причину?

– Нет.

– То есть просто не общайся?

– Именно.

– А если он сам подойдет?

– Отойди.

– Марат Германович, а вы вообще в курсе, что запретами такого рода вы добиваетесь ровно противоположного тому, чего хотите?

Он отрывается от экрана и смотрит на меня довольно долго.

– В курсе, – говорит он. – Но с тобой, кажется, все равно работает только прямой приказ.

– Не уверена.

– Проверим.

И вот это его «проверим» почему-то остается у меня в голове до самого вечера.

Даже по пути домой я придумываю пятьдесят новых способов ответить ему на это что-нибудь колкое. Наконец, я вспоминаю, что со всеми этими скандалами, интригами и расследованиями за целый день я даже телефон не открывала. Беру смартфон, а на экране – три пропущенных от Стешки и одно новое сообщение с незнакомого номера.

«Привет, Ева. Это Ян. Я же говорил, что найду тебя.»

______________________________

А вот и наш Янчик:

Глава 7

Утро начинается с того, что я двадцать минут смотрю на вчерашнее сообщение от Яна и до сих пор не могу придумать ответ.

Точнее, ответов у меня штук пятнадцать. Проблема в том, что все они начинаются либо со слова «слушай», либо со слова «отвали», а середины между ними я не нахожу.

Отправляю Стешке скриншот.

«ЕВКА!!!!»

«что?»

«как что?! это же соловьев!!!»

«ну да»

«ева ты хоть понимаешь кто это»

«стеш, я про него инфу третий месяц собираю. я знаю кто это лучше его мамы»

«тогда не отвечай»

«я и не отвечаю»

«ой, да не заливай! ты бы сто процентов ответила. просто не знаешь что!»

Иногда я подругу ненавижу за то, что эта коза видит меня насквозь.