— Всех назвали, — шумно выдохнул Гриша, который, по-моему, до последней секунды боялся, что его пропустят. — Весь наш состав, всех до единого. Дед бы сказал…

— А меня точно назвали? — перебила его, растерявшись, Аня Лемешко. — Я себя прослушала!

— Назвали, Аня. Между Крамаренко и Мкртчяном, — не отрываясь от экрана, успокоил ее Гридин.

И вот когда я уже совсем успокоился, все тем же четким поставленным голосом диктор отчеканил:

— Отдельно сообщаем, что в подтверждении этого года принимает участие обладатель абсолютного результата Единого испытания — пятьсот баллов из пятисот. Гончаров Роман Петрович, город Светлогорск, Приазовская область.

И как ни в чем не бывало диктор вернулся к чтению: «Приморская область…»

Оборачивались на нас уже без удивления, потому что после вчерашней церемонии открытия в театре меня тут знали в лицо. Побыть таким же, как все, получилось меньше минуты.

Дома сейчас, наверное, только светало. Туда официальный список доедет с утренними новостями, вместе с записью церемонии. Ну, хоть у Таськи во дворе все будет подтверждено документально.

— Ну все, Ром, — с удовольствием сообщил Гридин. — Теперь уж точно тебя вся страна знает. Утром на всю страну объявили, вечером в новостях еще раз покажут.

— Пусть сначала посмотрят на него в деле, Миша, — рассудительно заметил Яша Кац, дожевывая кашу. — Объявляют-то всех подряд, а помнить будут тех, кто подтвердит.

Ровно в восемь утра, примерно на объявлении Свердловской области, истек срок ночных предложений системы. Все три, не дождавшись от меня ни «да», ни «нет», молча ушли в «Отложенные». Ну, туда им и дорога.

— Так, молодые люди, заканчиваем набивать брюхо, — поднялся от соседнего стола Корнеев и постучал пальцем по часам. — Автобусы в четверть девятого. Без меня не рассаживаться.

Когда мы выходили из столовой, диктор все еще читал фамилии.

В автобусе непривычно притихли даже наши. Вертя в пальцах запасную ручку, Гриша смотрел в окно.

— Чего примолк, Гриш? — спросила Оксана. — Утром вон как радовался.

— По телевизору — это одно, — вздохнул Гриша. — По телевизору я уже участник. Орел, как Рома вчера сказал. А сейчас приедем, сядем — и надо соответствовать.

— Ты уже один раз доказал, что не зря сюда приехал, Гриш, — обернулась с переднего сиденья Кира. — А подтверждающая часть — по сути, то же Испытание, разве что чуточку сложнее. В июне ты справился, справишься и сегодня.

— Орлы, между прочим, тоже волнуются, — сообщил я. — Просто по ним не видно. Так что убери ручку, Гриш, а то сгрызешь ее, пока доедем.

— И то верно, Ром, — убрал ручку в карман Гриша. — Она мне еще пригодится.

За время остального пути до Дома Единого испытания никто больше не сказал ни слова.

На входе у нас проверили пропуска, а сумки со всем, что в них было, ушли в опечатанные ячейки под расписку. Потом нас разводили по залам, каждого по своему коду. Всего залов было двенадцать, и в нашем набралось человек восемьдесят.

Столы в четыре ряда, широкие проходы, на каждый ряд по наблюдателю плюс инструктор с повязкой у доски. Списать при таком расчете было негде и не у кого, потому что между рядами пространство составляло метра два, а чужой лист с такого расстояния не разглядишь.

Знакомый плечистый парень с Волги нашел меня сам, пока разбирали места.

— Ну че, кажется, дожили до пятницы, — усмехнулся он, протянув мне руку. — Захар. Самарская область.

— Роман. Приазовская.

— Да я уж понял, — усмехнулся Захар и кивнул на мой пропуск. — А на рассадке решил, что ты шутишь. Ну, когда сказал, что девчонки на тебя смотрят, потому что ты красивый.

— Так я не шутил, — ухмыльнулся я.

— Ну ты даешь, — хохотнул он. — Веселый ты парень…

— Молодые люди, по местам, — велел инструктор, и договорить нам не дали.

Свой код Захар ушел искать в первый ряд, а мой вывел в четвертый, к стене.

— Работа по русскому языку, — объявил инструктор, когда зал расселся и затих. — Продолжительность — три часа, начало в девять. Сначала подтверждающая часть, шестьдесят баллов. Пакеты конкурсной части не вскрывать до отдельной команды. Работы и черновики сдаются до последнего листка. Выход из зала — по одному и с наблюдателем. Вопросы?

— А если ручка кончится? — основательно спросил кто-то из первого ряда.

— Поднимете руку, выдадут запасную, — скучливым голосом ответил инструктор. — Начали.

Подтверждающая часть неожиданностей не подкинула. Пунктуация в предложениях длиной в абзац, полный разбор, орфограммы, на которых спотыкаются дикторы, — все ровно на уровне Испытания, не сложнее. Зал дружно заскрипел ручками и зашелестел бумагой.

Я шел по заданиям спокойно и без рывков.

Наблюдательница, проходя вдоль ряда, задержалась у моего стола чуть дольше, чем у соседних. Что ж. К этому мне теперь надо привыкать.

Закончил подтверждающую часть я не первым, но и не последним. Думаю, на этом этапе все написали на максимум или около того.