Парень, который подкинул меня на трейлере, был младшим преподавателем, и пользовался этим несамоходным трейлером совместно с ещё тремя своими коллегами. Он культивировал эти западные обычаи молчаливого самосозерцания. В этом новом образе жизни ты ценишь себя и свои чувства. Не задавай никаких вопросов, даже, имени этого парня, если он сам не скажет. Это не имеет значения. Для всех нас существует некий контр-мир, с которым следует иметь дело. Позволь ему воспользоваться твоим кабинетом. Таков новый Калифорнийский университет в Ирвайне, округ Ориндж. Это кольцо огромных бетонных яйцеподобных построек с оранжевыми черепичными крышами, напоминающих Испанию. Они всё ещё недостроены, а посему младшие преподаватели размещают свои кабинеты в трейлерах.

 

– Есть тут кто? – спрашивает женский голос.

– Филлис?

– Ты здесь, Дэн?

– Да, меня подкинули из аэропорта.

– Ты как?

– Ничего. Хотя здесь просто адская жара.

– Странно, да? Только что, вроде бы шёл снег.

– Какие новости?

– Она держится молодцом.

– Да ладно, ты шутишь?

– Никаких шуток. Я сама её видела. Она выглядит нормально.

– А Луины ещё у неё?

– Только отчим. Мы с мачехой вернулись домой, чтобы приготовить ужин. Потом она поедет обратно в больницу, чтобы забрать его.

– А малой в порядке?

– Да. У нас всё класс.

– Но…?

– Что, но?

– Ты сказала «у нас всё класс» как-то не уверенно.

– Ну, твоя мачеха постоянно спрашивает меня, чем ты занимаешься. Она хочет знать, почему ты не здесь.

– Ты сказала ей?

– Я не решаюсь.

– Почему? Ты считаешь это какой-то дурью, да?

– Нет, ты же знаешь, что нет.

– А ведь это так. Вся эта поездка – полное безумие. Я не знаю, принесёт ли она какую-нибудь пользу, даже если я получу то, чего ищу. Но что ещё я могу сделать? Скажи, что ещё можно сделать?

– Я же не критикую тебя, Дэниел.

– Что она сказала?

– Она сказала: «Если у человека пневмония, можно ли сказать ему правду?»

– О блин! Нет. Ответ – нет. Но какого хрена она от меня хочет, чтобы я сидел со Сьюзен предсмертной сиделкой?

– Хочешь с ней сам поговорить? Она на кухне.

– Нет. Скажи ей, что я звонил и вернусь, как только смогу. Им сейчас очень тяжело. Помоги им, чем сможешь, ладно?

– Ладно.

– Не заставляй их себя ждать.

– Я стараюсь, но по-моему, твоя мачеха просто ищет, чем себя занять. Она мне не доверяет, Дэниел. Отчим тоже почти со мной не разговаривает, да и на малыша практически не обращает внимания.

– А может, это потому, что их собственный ребенок умирает, а, Филли?

– Тебе не следовало говорить мне это.

– Ладно, прости. Не теряй самообладания. Ты, что плачешь?

– Нет. Но я делаю все, что могу.

– Я знаю. Надеюсь, что вернусь завтра поздно вечером. Я позвоню тебе. Ладно, Филли? Ладно?

– Ладно.

 

ВТОРОЙ ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК – БЕЗ ОТВЕТА

 

– Алло? – отвечает ему женский голос.

– Это квартира Миндишей? – Молчание в трубке. – Алло?

– Что вам надо? – наконец-таки отвечает она.

– Это ты, Линда?

Опять молчок, затем, – Боюсь, вы ошиблись номером.

– Нет, давай-ка послушай, это я, Дэнни Айзексон. А ты – Линда, верно? Линда Миндиш, жившая на Уикс-авеню?

её рука закрывает трубку. Тишина. Ощущение, что слушают, закрыв микрофон телефона рукой. И вдруг соединение, этот звуковой скачок. Она открывает трубку.

– Алло? Эй, ты слышишь меня? Это ведь ты?

– Это не квартира Миндишей. Вы беспокоите других людей.

Дэниел улыбнулся. – Ну и чья тогда это квартира?

– Боюсь, я не смогу вам сказать. – Она начинает класть трубку.

– Постой! У меня же есть ваш адрес, 1099 Пойнсеттия, верно? Видишь? У меня есть ваш телефон. Могла хотя бы поговорить со мной.

– Ничего, – я слышу, как она кому-то отвечает, приглушая звук рукой.

– Алло, Линда?

– Кто вы? Что вам надо?

– Привет, Линда, вспомни, как ты раньше мне под ребра тыкала? Вспомни, как мы раньше заламывали друг другу пальцы? Правда, ты обычно побеждала, поскольку была старше. Ты была сильной девчонкой, у тебя были сильные руки для девчонки.

– Прощайте.

– Эй … если ты повесишь трубку, я все равно перезвоню. Или даже могу постучать в твою дверь. Так какой смысл?

– Вам лучше бы усвоить закон, запрещающий беспокоить людей.

– Но мы же знаем друг друга. Можешь поговорить хоть секунду? Неужто тебе будет так обидно поговорить со мной?

– Мне нечего вам сказать. Просто держитесь от нас подальше и оставьте нас в покое.

– Просто я случайно оказался поблизости.

Мягкий стаканчик над трубкой. – Ничего страшного, это старый друг, – он слышит её приглушенный голос.

– Линда?

– Что?

– Я случайно оказалась поблизости от тебя. Я не хочу причинить вреда. Честно. Я давно уже знал, где находится ваша семья. Я приехал на встречу с друзьями в, э-э, Калифорнийском университете в Ирвайне, и я решил тебе позвонить. Это так ужасно?

– Мы читали о вас в газете и я знаю, чего вы добиваетесь. Если вы думаете, что я вас боюсь, вы ошибаетесь.

– Нет, я так не думаю. В этой газетной статье всё преувеличено, поскольку этот журналист неправильно понял цель нашего Фонда.