Первый раз рассмотрел своего ребёнка. Честно? К Стерхушке у меня в сто крат более тёплое отношение. По поводу Эдмундика умом понимаю, что он мой сын, чувства к нему должны были бы потрясти до глубины души. В любом романе я должен был бы схватить, прижать дитя к себе и сразу возлюбить… э… всем сердцем, кажется. Однако ничего такого я не почувствовал. Сухарь я, да? Зато хоть не занимаюсь самообманом.

Надо поговорить с женой: она у меня умная девочка, возможно, сможет растолковать, почему у меня так получается. Возможно, вспомнит очередную душещипательную книжку с эпизодами на эту тему, заложит их закладками и посоветует прочитать. Шутки шутками, но её совет «поговорить с конкубиной» оказался полезен. Женщины — они значительно лучше нас, мужчин, разбираются в чувствах.

Часа через два дамы закончили своё совещание, а королева предложила:

— Шарлотточка, Стах! Пойдёмте, посмотрим и моих малышей.

В детской комнате Белого дворца играл король, его сестрёнка и мой младший братишка. Принцесса, как всегда, стала подозрительно смотреть на посторонних, братик меня узнал и заулыбался, а его величество подошёл и требовательно протянул ручки — дескать, давай, поднимай к себе, чай, король желает.

Взял, но малыш почти сразу устало зевнул и задремал. Моя мама как раз была на службе и подошла было поболтать с Шарлоттой, но, увидев такое дело, приняла соню к себе и понесла в кроватку.

Мариана спросила мою жену, указав глазами на Варина, моего братика:

— Правда, симпатичный малыш?

— Очень! Вообще, все мужчины в семье моего мужа сильны, красивы и так похожи друг на друга! Просто на редкость!

— Вот и не знаю, что с этим делать? Ладно, твой муж красавец, а есть ещё его брат. Ну не отставлять же пажа от службы?!

Тут я не понял: зачем отставлять? Может быть, какой-то расчёт на перспективу? Варин растёт с королевскими детьми, вдруг лет через пятнадцать в него вдруг влюбится принцесса и… Не! Это точно сюжет из какого-нибудь дамского романа!

Ответ удивил:

— Наверное, в столь нежном возрасте только мама должна решать, какие знакомства более подходят её сыну. И стоит ли обращать внимание на сплетни всяких посторонних?

Ничего не понял, но дома Шарлотта мне объяснила смысл сегодняшнего эпизода: королева показала, что Эдмундик и Варин похожи как братья, причём на меня. На моего папу, конечно, тоже, но его никто из придворных великого герцога не знает. Одно из возможных решений — не показывать Варина, когда вместе играют Лагозик и Эдмундик. Проще всего отставить пажа, однако после такого решения придётся отставлять и мою маму. Тоже ничего такого — невелика птица, но верная. Таких от себя удалять — пробросаться можно.

Вообще, быстрые, простые, неверные решения — скорее стиль Лауры. Мариана учитывает много разных факторов сразу. Скажем, карьера брата отчасти касается и меня, и Варина-старшего. И зачем обижать сразу всю семью проверенных приверженцев? Возможно, стоит подыскать какое-нибудь другое решение?

Что касается беременности Лауры… Иногда у женщин такое бывает. Срок ещё не очень большой, но дитятко решено оставить и растить самой. Причина? Воспитывать маленького великого герцога ей не дают из политических соображений, а хочется чувствовать себя настоящей мамой. Ребёнок будет считаться взятым на воспитание, официальных родителей ему подберут. Достойных, конечно!

Они не первые и не последние, покрывающие чужие грехи. Получат хорошее поместье для себя и достойное содержание для ребёнка. Кому от этого плохо? Даже если что-то нехорошее случится с настоящими родителями, обычно награда и содержание выдаются вперёд. Так сказать, во избежание, чтобы малышу обеспечить хороший старт в жизни, а коли случится малышка, то в нужный момент у неё найдётся достойное приданое.

По поводу организации женской лейб-гвардейской роты случилось лёгкое недопонимание: Лаура потребовала, чтобы её лично и её местопребывание постоянно охранял минимум один гвардейский взвод. Логика понятна — они должны охранять семью великого герцога. А вдовствующая великая герцогиня кто есть? В принципе, она даже согласилась оплатить расходы на содержание этого взвода.

Айзенердские дамы заулыбались, показав острые акульи зубки и великолепное умение выжимать каждый грош из любой возможности. Уже через четверть часа «расходы на содержание взвода» стали включать не только питание, но и затраты на обмундирование, жалование, квартирные, столовые и прочее, и прочее, и прочее.

За следующий час вышло так, что взвод стал называться Отдельным её светлости лейб-гвардейским взводом охраны, со своим мундиром, атрибутикой и задачами. Что, кстати, весьма польстило айзенердской государыне. Наивная! Не ей договариваться с бережливыми хозяйками…