— Я получу удовольствие от погони, — поддразниваю я, прекрасно зная, что последую за ним куда угодно.

Он наклоняется ближе, его глаза темнеют.

— А мне понравится охота.

Я поворачиваюсь к Маркусу. Глаза завязаны, кляп во рту и шумоподавляющие наушники промышленного производства. Кейден подходит к лебедке и медленно опускает Маркуса. Цепи скрежещут о механизм, наполняя комнату металлическим визгом. Маркус останавливается прямо над спа-бассейном, тело обмякшее, но дрожит.

— Ты хочешь, чтобы я остался на эту часть? — нерешительно спрашивает Кейден.

Я качаю головой.

— Не нужно. Просто подготовь его.

Кейден кивает, его движения умелые, когда он развязывает ноги Маркуса, пристегивая их за крепления, вбитые в пол. Маркус сопротивляется, его приглушенное ворчание заполняет пространство, но хватка Кейдена крепка. Закончив, он отступает на шаг, бросая на меня последний взгляд, прежде чем выйти из комнаты.

Я делаю глубокий вдох, прижимаю к себе силиконовый член с шипами. Тяжесть кажется непривычной, но в то же время пьянит ощущением власти.

Стаскиваю с Маркуса брюки, вид его волосатого, жалкого тела вызывает у меня смесь отвращения и удовлетворения. Вырываю кляп у него изо рта, и он жадно хватает воздух ртом, слюна стекает по подбородку.

— Кто ты? — голос низкий и ледяной, он пронзает, как лезвие.

На мгновение меня отбрасывает в прошлое, в его машину, запах кожи и пота душит. В его руке поблескивает распятие. В груди тесно, паника подступает к горлу.

Нет. Меня там нет. Я здесь.

Стягиваю наушники с его головы, наклоняясь так близко, что мое дыхание касается его уха.

Он мрачно усмехается.

— Я узнаю этот запах где угодно. Привет, Рин.

Звук его голоса пробуждает во мне что-то первобытное – ярость, страх, силу.

— Ты готов к ночи, которую никогда не забудешь? — шепчу, повторяя слова Николаса, позволяя им подпитывать меня, пока снимаю повязку с его глаз.

Он не отвечает, но его тело напрягается. Крепко хватаю его за бедра, пристраиваясь к его незащищенному входу. И затем, без колебаний, делаю резкий толчок вперед. Его крик – гортанный, животный. Он эхом разносится по комнате, и каждая нота приближает меня к краю воспоминания, которые изо всех сил пыталась подавить. Стряхиваю с себя непрошенные воспоминания, фокусируясь на настоящем, и вбиваюсь в него снова и снова. Каждый толчок подпитывается криками, которые когда-то издавала я сама.

Кровь стекает вниз, покрывая силикон, пока Маркус извивается подо мной. Я не останавливаюсь. Пока его крики не переходят в хриплые, прерывистые вздохи.

Когда я заканчиваю, зову Кейдена.

Он входит, его лицо слегка кривится при виде Маркуса. Затем взгляд скользит по мне, ища что-то, хотя не уверена, что именно. Осуждение? Страх? Или, может быть… восхищение.

— Хочешь совершить что-нибудь безумное, пока ночь в разгаре? — спрашиваю, и губы растягиваются в лукавой улыбке.

Его взгляд заостряется, искорка веселья прорывается сквозь напряжение.

— Что может быть безумнее этого? — голос низкий, дразнящий, с теми же игривыми нотками, что и на нашем первом свидании. Воспоминание о той ночи согревает что-то глубоко внутри, тонкая нить нормальности, связывающая нас вместе посреди всего этого безумия.

Сердце трепещет, реальность происходящего не дает потерять голову, в то время как желание к нему накрывает волной.

— Подойди и узнаешь, — шепчу, понизив голос до томного шепота, и маню его пальцем. Потребность в нем ощущается как ломка, острая и всепоглощающая.

Он колеблется какое-то мгновение, затем начинает приближаться ко мне, его шаги размеренные, хищные. Пой пульс учащается, каждый тяжелый шаг вызывает волну предвкушения. То, как его глаза темнеют от напряжения, впиваясь в мои, дыхание становится прерывистым.

Когда мой взгляд падает на растущую выпуклость в его штанах, во мне пульсирует желание, тело реагирует инстинктивно.

Низ живота сжимается, пульсируя от жажды, требуя его. Прямо сейчас.

Руки Кейдена обхватывают мою задницу, притягивая к твердому члену. Обвиваю ногами его талию, ког ...

Руки Кейдена обхватывают мою задницу, притягивая к твердому члену. Обвиваю ногами его талию, когда наши губы соприкасаются. Его язык страстно овладевает моим, обводя каждый миллиметр моего рта, словно запоминая. Движения голодные, нетерпеливые. Разрываю поцелуй, жадно глотая воздух.

— У меня есть идея, — выдыхаю я, тяжело дыша, слова падают между нами, как признание.

— Да? И какая же? — его низкий голос рокочет у моей шеи, когда он зарывается в нее лицом, касаясь зубами кожи.

Я дрожу, выгибаясь навстречу ему.

— Ты знаешь… фильм «Хостел»5?

Он выдыхает мне в ухо, его дыхание горячее.

— Да.

— Давай повторим ту сцену в ванной. Запрокидываю голову, подставляя горло его зубам.

Он мрачно усмехается, отстраняясь, чтобы посмотреть на меня.

— Что ж, тебе действительно идет красный, детка.