Он даже подарил мне дневник – место, где могу изливать все свои душевные травмы, все темные воспоминания, выплескивая всё на его страницы. Когда дневник был исписан, он предложил провести церемонию сожжения. До сих пор чувствую жар пламени, то, как пепел взмывал в ночное небо, унося с собой частички моей боли. С каждой сожженной страницей я чувствовала себя легче, свободнее.

В ту ночь, впервые за всё время, я смогла заниматься любовью без груза прошлого. Не было ни боли, ни страха – только покой. Покой от осознания, что Кейден рядом, стойкий и терпеливый, готовый пройти со мной по этому запутанному, но прекрасному пути исцеления. Когда я, наконец, была готова, то спросила, что случилось с теми, кто это сделал. Его ответ потряс меня до глубины души.

Кейден признался, что он является частью элитного подразделения, которое выполняет секретные задания для правительства и частных подрядчиков. Он не смог поделиться подробностями прошлых или будущих миссий, но заверил меня, что я в безопасности. Меня спасли благодаря звонку сестре, в котором я молила о помощи. Каким-то чудом запись была загружена в облачную сеть, когда подключилась к Wi-Fi роутеру. Один из людей Кейдена перехватил ее и нашел меня. Это была неофициальная операция, поэтому полицию привлечь было нельзя. Официально Маркус и Николас вышли сухими из воды. Власти списали найденные в доме тела на жертвы неудачной сделки с наркотиками.

Оказывается, Маркус – крупный дилер, его дети были всего лишь нанятыми актерами, а задний двор – кладбищем пропавших женщин. Земля даже не была оформлена на его имя, да и дома в помине не было – ни на картах, ни в реестрах, настоящий призрак. Думала, что буду жить в постоянном страхе, ожидая, что они снова придут за мной, но я была в безопасном месте с Кейденом. Он даже держал здесь Лиззи взаперти, дожидаясь момента, когда буду готова встретиться с ней лицом к лицу. Он выжал из нее всю информацию до последней капли, информация о нахождении Энни была последней, которую пыталась сохранить в тайне Лиззи. Она сломалась только потому, что не смогла вынести клеймения.

— Нет, я хочу сделать это сама, Кейден, — прохожу мимо него, касаясь пальцами холодной стальной двери. Сегодня я буду той, кто прикончит Лиззи.

Распахиваю дверь, и взору предстает она – свернувшись калачиком на железной койке, спиной ко мне, в компании лишь стального унитаза. Ее камера абсолютно пустая, как тюремный карцер, – именно то, чего она заслуживает.

Присутствие Кейдена позади согревает, его ровное дыхание овевает мою шею. Я улыбаюсь, вспоминая, как его губы целовали меня именно в это место прошлой ночью. Прочистив горло, вхожу в камеру. Лиззи поворачивается ко мне, ее глаза ввалились, кожа приобрела землистый оттенок. Она напоминает мне о том, какой истощенной я была в последнюю нашу встречу. Как символично. Смеюсь над иронией того, как всё завершилось.

— Чего ты хочешь? — цедит она, и ее тон пропитан ненавистью.

— За что ты меня ненавидишь? — спрашиваю, хотя мне на это наплевать. Просто хочу посмотреть, как она мучается.

— Ты… ты трахалась с моим мужчиной.

— Поправка: он трахнул меня, это называется изнасилованием, дорогая, — резко отвечаю я. — Если ты хочешь ненавидеть кого-то, то начни с него.

Она опускает голову, и в выражении ее лица мелькает что-то темное.

— Но всё же… ты ему понравилась, — бормочет она. — С другими было иначе…

— Другими? — переспрашиваю, и мой желудок скручивает. — Значит, ты просто стояла в стороне и смотрела, как он насилует женщин?

Она рычит со связанными запястьями, свирепо глядя на меня.

— Им это нравилось. Тебе тоже, не ври.

Смех срывается с моих губ. Когда-то ее слова раздавили бы меня, разъедали бы разум до тошноты. Теперь они только разжигают огонь, тлеющий глубоко внутри меня, тот, что питает мою месть.

— Единственный мужчина, которого я любила, – это он, — указываю через плечо большим пальцем в сторону Кейдена. — На самом деле, можешь смотреть, не стесняйся.

Я поворачиваюсь и замечаю удивленное выражение лица Кейдена, его расширяющиеся глаза.

— Рин...

— Ш-ш-ш, — я прижимаю палец к его губам. — Поцелуй меня, малыш.

Он захватывает мой рот в страстном и всепоглощающем поцелуе. Его руки скользят вниз, приподнимая меня, и он разворачивает нас к стене камеры. Обвиваю ногами его талию, наши языки сплетаются, и стон срывается с моих губ, когда его эрекция прижимается ко мне.

Он прерывает поцелуй, тяжело дыша.

— Ты уверена в этом?

Сердце трепещет. Кто бы мог подумать, что такой вопрос может прозвучать так невероятно сексуально?

— Черт возьми, да.

Он подсаживает меня еще выше, закидывая мои ноги себе на плечи, и я упираюсь руками в потолок и стену, чувствуя, как шершавый бетон под пальцами возвращает чувство реальности. Он задирает мое платье в цветочек, сдвигая в сторону красное кружево под ним.

— Боже, как тебе идет красный, — бормочет он, проводя губами по моему бедру.