Официантка доливает кофе в кофейник, ставит перед нами еще две кружки и принимает заказ. Тут же начинается спор, кому достанется розовая кружка с белыми ромашками. Мы играем в камень, ножницы, бумагу. Нейт побеждает и показывает Куперу средний палец.

— Я спасатель. Рискую жизнью ради таких, как вы. Значит, имею право первым выбрать кружку, — говорит Купер. — Знаете, сколько пострадавших я вытащил прошлой ночью из машин после аварии, пока вы спали? Пятерых.

— Отличный способ заставить меня почувствовать себя виноватым придурком. — Нейт стонет и толкает через стол простую кружку, меняя ее на цветочную. — Нечестно. Все, что я могу предложить, — булочки и советы по изготовлению удобрений. А ты, черт возьми, герой.

— Обожаю начинать утро с разговоров об удобрениях, — говорю я.

— Я тоже. — Нейт размешивает в кофе кубик сахара. — Надолго ты здесь, Себ? На весь сезон ураганов?

— Скорее всего, только до сентября или октября. Не думаю, что мне удастся выбить полгода, сколько бы наград я ни получил.

— Надо не дать тебе зазнаться, — говорит Купер. — Ты рад новой работе? Перемены ведь к лучшему, да?

Я открываю рот и тут же закрываю.

Эти двое знают обо мне все. Но что-то мешает вывалить на них то, с чем я борюсь последнее время. Ощущение, будто карьера зашла в тупик. Последний год тянется бесконечно, и каждый день кажется длиннее предыдущего. А когда я собираюсь на работу, в животе тяжелым кирпичом оседает тревога.

Как сказать им, что работа, которая когда-то приносила радость, теряет блеск?

Как признаться, что я барахтаюсь посреди океана без спасательного жилета? Выгорел, чертовски устал и ищу хоть каплю удовольствия в аду корпоративной Америки. А умею я лишь рассуждать об областях низкого давления и холодных фронтах.

Не хочу упоминать идеально отрепетированную улыбку. Глухую боль в груди из-за того, как мне не хватает любимого дела. Того выброса адреналина, который я ощущал в поле. Угрозы вокруг.

Старых добрых времен.

Я могу ездить по всей стране и рассказывать о стихийных бедствиях уже после того, как они произошли. Каждый месяц бывать в новом городе, пострадавшем от пожара, оползня или торнадо. Но это не значит, что мне весело. Не значит, что я нахожусь в самой гуще событий.

Не так, как раньше.

Не так, как мне хочется.

— Не могу дождаться, — говорю я, не снимая улыбки. Спокойный, невозмутимый и собранный. Типичный Себ. Ничто меня не задевает. — Будет здорово снова оказаться рядом со штормами.

— Поэтично, — говорит Нейт.

— Может, он под кайфом. — Купер принимается за блинчики, отвлекаясь от разговора. — Никогда не знаешь наверняка.

Единственный кайф для меня — снова пережить первые годы работы в метеорологии.

Охота за штормами — моя отдушина. Я в этом хорош и все чаще вспоминаю прошлое. Мне снится время, когда мне было чуть больше двадцати, тогда я еще не добился успеха. Только я, бинокль, дрянной ноутбук и открытая дорога. До самого горизонта — одни кучево-дождевые облака, а вдали воет сирена торнадо.

Ностальгия гложет меня почти год. И сколько бы подписчиков у меня ни было, они никогда не подарят такого прилива адреналина, как погоня за штормом.

С каждым днем я все сильнее ощущаю, что стою на месте. Боюсь, что не сумею выбраться из этой ямы. Не знаю, как снова полюбить свою работу. Документальный цикл — попытка наконец разобраться в себе.

Все мои близкие всегда знали, чего хотят от жизни. Мия, моя младшая сестра, начала сочинять истории в пять лет, и ее воображение никогда не иссякает. Купер сразу после колледжа поступил в пожарную академию. Он прирожденный защитник с огромным сердцем. Нейт не стал тратить время на высшее образование и открыл кондитерскую еще до двадцати.

А потом есть я.

Тридцать один год, кризис на пороге, и миллионы людей наблюдают.

— Ты сказал Куинси, что вернулся? — спрашивает Нейт.

Я моргаю, возвращаясь к реальности.

Куинси Монро.

Лучшая подруга моей сестры и мой любимый человек для поддразниваний.

Даже на расстоянии Куинси повсюду. Она занимает слишком много моих мыслей, и я годами пытаюсь понять, как это прекратить.

То замечу ее каштановые волосы на краю фотографии, которую Нейт выкладывает, чтобы похвастаться новыми гортензиями в Wet Your Plants. Эту теплицу он открыл в двадцать пять. Я представляю, как Куинси нюхает цветы и говорит, насколько идеально они будут смотреться в чьем-то саду.

То она снова появляется на заднем плане снимка с Купером, Харлоу и Мией во время игрового вечера у Харлоу. На журнальном столике колода карт. На тумбе у телевизора разбросаны бутылки из-под пива. Куинси запрокинула голову, и фотограф поймал ее в разгар смеха.

— Нет. — Я постукиваю пальцами по ручке кружки, лишь бы занять руки. Мне не сидится. Жарко и неспокойно. Я снова пожимаю плечами. — Пока не успел с ней столкнуться. Но уверен, она будет в восторге, узнав, что я проведу здесь все лето. Увидеть ее сегодня на конкурсе чили станет главным событием месяца.