— Ты уверен, что хочешь играть против меня? — Куинси обхватывает руками водяной пистолет и разворачивается на стуле лицом вперед. В ее глазах тот же стальной блеск решимости, который я видел, когда мы соревновались на занятиях по синоптической метеорологии. Спорили, пока голоса не садились. Объявляли победителя и проигравшего. Наблюдать, как она заводится, действительно одно из моих любимых занятий. — В прошлом году я установила рекорд по количеству побед подряд.

— Ты играла против восьмилетних?

— Им было девять. — Наступает тишина. Призрак смеха. — И один сильно пьяный мужчина, который думал, что находится в туалете.

— Бедняга, наверное, принял воду за что-то другое.

— Хочешь сделать игру интереснее?

— Ты босс мафиози, когда не говоришь о погоде, Монро?

— Лучше оставить тебя в неведении. — Она запрокидывает голову и трясет плечами. Выглядит совершенно нелепо, когда ерзает на стуле. Я не могу перестать смотреть на нее. — Победитель выбирает наказание для проигравшего.

— Я давно не надирал тебе задницу. Может быть весело.

— Ты не надирал мне задницу, потому что я была слишком занята тем, что надирала твою. — Ее улыбка острая и уверенная. Наполненная той чертовой самоуверенностью, от которой у меня кружится голова. Ее губы изгибаются в ухмылке. Она хлопает ресницами, и мое воображение выходит из-под контроля. — Прости, Данн. Твой момент закончился.

— Да неужели? — Я придвигаюсь ближе. Мое колено касается ее колена под металлической стойкой. Она не отстраняется, и мы продолжаем соприкасаться. Носок ее обуви задевает мою голень, и мне все равно, случайно это или нет. Голос становится ниже. — Похоже, мне придется доказать свою ценность. Не волнуйся, Куинни, малышка. Когда я выиграю, буду с тобой нежным. Если только тебе не нравится пожестче.

Я играю с огнем, но это слишком чертовски весело, чтобы остановиться.

Щеки Куинси покрываются глубоким румянцем. Цвет спускается по шее к верхней части груди. Дальше он исчезает под платьем, и мне приходится думать о многомерном исчислении и гидрологических процессах. О линейной алгебре и вообще о чем угодно, черт возьми, лишь бы не представлять, насколько далеко распространяется этот румянец. Не думать о том, горячей ли будет ее кожа, если я буду дразнить ее пальцами, губами. Если опущу руку ниже, под платье, и...

Я зажмуриваюсь.

Жара действует на меня. Как и те два пива, которые я выпил раньше с Купером и Нейтом. Здравый смысл начинает сбоить, и мне нужно прийти в себя, прежде чем я сделаю какую-нибудь глупость.

— Ненавижу тебя, — бормочет она, возвращая меня в реальность. Вырывая из туманной версии нас, где она лежит в моей постели. Голая, запутавшаяся в моих простынях, и говорит эти слова в тот момент, когда я довожу ее до оргазма. Мне нужен еще один напиток. Что-нибудь покрепче, чтобы смыть эти мысли. — И последнее, чего я хочу от тебя, — это нежности.

Черт меня побери.

Раздается звонок. Я бросаюсь хватать водяной пистолет и ругаюсь, когда понимаю, что уже отстаю. Куинси опережает меня совсем немного, но бросает на меня самодовольный взгляд, приподняв бровь. Я пользуюсь ее отвлечением и посылаю ей воздушный поцелуй.

Ее прицел сбивается. Хватка на водяном пистолете ослабевает. Она попадает левее мишени, а не точно в центр, и в последний момент я обхожу ее и первым добираюсь до вершины.

— Игрок два побеждает. — Сотрудник протягивает мне плюшевого динозавра. — Поздравляем.

— Я хотел бы поблагодарить маму за ее бесконечную поддержку. А еще эту ярмарочную игру за то, что она подарила мне новую цель в жизни. — Я кладу руку на сердце и сияю. — Раньше я думал, что достиг своего максимума, но теперь, с этим динозавром, понимаю: мои возможности безграничны.

— Ты невыносим. Но поздравляю с победой. — Куинси встает. — Какое наказание ты выберешь? Только не заставляй меня выглядеть идиоткой в интернете. Мне нужно поддерживать репутацию.

Я оглядываюсь, пытаясь придумать что-нибудь. Мог бы заставить ее прокатиться на механическом быке или записать в конкурс по поеданию хот-догов, который начнется через десять минут. Но, заметив возвышающееся над нами колесо обозрения, я улыбаюсь.

Решение принято.

— Ты должна сесть рядом со мной на колесе обозрения, — говорю я. — Десять минут бок о бок. Посмотрим, кто первым сломается. Думаю, сегодня я смогу взять вторую победу подряд.

— Ты шутишь. — Она упирает руки в бедра. Порыв теплого ветра проходит между нами и подхватывает ленту в ее волосах. Бантик развязывается. Мне хочется обернуть его вокруг своего запястья. Потянуть за него. — Ты же не собираешься столкнуть меня с вершины?

— Соблазнительно, но убийство не в моем стиле.

— Однажды я отказалась от полета с охотниками за ураганами NOAA. — Она говорит осторожно, словно признается мне в секрете. — У меня был шанс попасть внутрь стены глаза урагана, и я не смогла.

— Почему?

— Я боюсь высоты. — Ее плечи слегка опускаются. Она смотрит на верхушку аттракциона, потом снова на меня. Я никогда не видел ее такой нерешительной. — Это мой самый сильный страх.

— Ага. — Я потираю затылок и поднимаюсь. Об этом лучше говорить лицом к лицу. — Тогда выберем другой вариант.

— Наказание есть наказание. Ты честно выиграл.