— Послушай-ка, — подает голос Рамзи, прочистив горло. — Мы можем заключить сделку.

Нерисса усмехается.

— Вот как? И что же это за сделка?

Он открывает рот, но я перебиваю его. Правда в том, что с ней мне, пожалуй, будет даже лучше. Особенно если она выполнит мою просьбу.

— Я пойду с вами, — быстро говорю я. — Но только если вы поможете мне в одном деле.

Она скрещивает руки на пышной груди.

— И в чем же? — спрашивает она, приподняв бровь.

— Я хочу, чтобы вы отвели меня к Эдонии.

Вторая бровь Нериссы взлетает вверх от изумления.

— К Эдонии? — переспрашивает она.

— Зачем тебе Эдония? — шагает ко мне Рамзи. Он хватает меня за локоть. — Марен, что ты творишь?

Я бросаю на него свирепый взгляд и выдергиваю руку из его хватки.

— Отойди, пока сделка не завершена, — приказывает она, и воздух вокруг нее словно начинает искриться от магии. Он глухо рычит и неохотно отступает. — Ну а теперь, Марен, что тебе известно об Эдонии и зачем тебе понадобилось с ней видеться?

— Я слышала, она — самая могущественная морская ведьма на свете.

Нерисса закатывает медно-красные глаза.

— Умоляю, ты явно слышала неправду. Ибо я ведьма ничуть не уступающая Эдонии, а то и превосходящая ее. С чем бы ты ни хотела к ней обратиться, ты можешь получить и от меня. Так расскажи же мне, дитя мое с волосами цвета чернил, чего ты ищешь?

Я кусаю губы, ощущая привкус соли. Нужно соображать быстро, но осторожно. Если я выложу все карты на стол и расскажу о случившемся с Эдонией, у меня не останется никаких секретов — и никакой маски, за которой можно спрятаться. Команда узнает, что я сирена, и им понадобится моя кровь. Я снова окажусь в кандалах, истекая кровью по первому требованию. Закончу как Ашера, и нет никаких гарантий, что Рамзи проявит милосердие и прикончит меня. В конце концов, судя по всему, именно он нуждается в моей крови больше всех.

К тому же, если Нерисса хоть в чем-то похожа на Эдонию, факт моего сиренского происхождения ей вряд ли понравится. Морские ведьмы — наш единственный истинный враг, не считая людей, и она может отказаться торговаться со мной или оказывать какие-либо услуги. Она запросто может решить прикончить меня на месте, а я окажусь совершенно беззащитна.

— Я хочу стать русалкой, — выпаливаю я.

Она удивленно смеется, и пара матросов подхватывают ее смех.

— Русалкой? — переспросила она, прижав руку к груди. Ее ногти напомнили мне зуб Нилл, который, к счастью, всё еще висел у меня на шее. — С какой стати тебе вообще хотеть стать одной из них?

Я постаралась скрыть обиду на ее тон.

— Потому что я видела ту, которую они подняли на борт. Она была такая волшебная, такая особенная, и я так люблю море. Я была бы счастлива, если бы вы смогли меня в нее превратить. — Я придала голосу легкости и легкомысленной наивности, изображая глупенькую девчонку, верящую в сказки.

— Какую игру ты затеяла, милая? — тихо пробормотал где-то рядом Рамзи.

Я не сводила глаз с Нериссы, улыбаясь с наигранной надеждой. Если сирены кажутся ей столь омерзительными, она вполне может исполнить мое желание, чтобы проучить меня — мол, бойся своих желаний. Этот урок мне уже довелось уснуть на собственном опыте.

Она издала еще один безрадостный смешок.

— Ты донельзя наивна для принцессы. Впрочем, рожденные в королевских семьях все такие. Русалка — это то, кем не захочет стать ни одна женщина. Дикие, свирепые создания глубин. Нет, боюсь, если мне не предложат сделку получше, ты отправишься со мной на «Норфинн». А я верну Седжа этой команде.

— А как же капитан? — воинственно встрял Стерлинг. — Я вообще-то собирался поднять против него бунт. По-моему, кораблем слишком долго управляли из рук вон плохо. Это больше не демократия, а чистая диктатура! Еда на исходе, золото тю-тю, а он теперь думает оставить какую-то тупую сучку вместо того, чтобы обменять ее на нашего человека!

Я судорожно втянула воздух, ожидая, что команда поддержит Стерлинга и потребует сместить Рамзи, но в ответ повисла тишина.

— Ну так что? — обратилась Нерисса к Рамзи. — Готов занять ее место?

— Седжа они вернут? — спросил он, и я не могла поверить, что он всерьез это обдумывает.

Она кивнула.

— Тогда ладно, я согласен.

Сердце рухнуло куда-то в пятки.

По палубе тут же прокатился ропот возмущения.

Что, во имя всех богов, он творит?!

— Видите! — завопил Стерлинг. — Он готов предать собственную команду ради нее! Ради бабы! Что это за капитан такой?! — Он ринулся на Рамзи, и я едва успела отпрыгнуть в сторону. — Держи, я помогу тебе от него избавиться! — рявкнул он.

Стерлинг с размаху врезался в Рамзи, оттесняя его к самым перилам. Рамзи ответил ударом лба в лоб, а затем врезал ему коленом в пах. От боли Стерлинг согнулся пополам как раз настолько, чтобы Рамзи успел выскользнуть из его массивных лап.