Нейтан там, снаружи, прислонился к стене, насквозь промокший под дождем. Мокрые волосы падают ему на лоб, белая рубашка облегает грудь как вторая кожа.

— Цветочек… — шепчет он. Его голос проникает сквозь стекло так, словно он находится в комнате вместе со мной. — Я не просил у тебя разрешения войти в твои мысли… но ты сама мне его дала.

Нейтан — это горько-сладкий яд. Он проникает медленно, пока не затмит любую рациональную мысль. Каждая клетка моего тела узнает в нем что-то запретное, и я ненавижу себя за то, как сильно он меня заводит.

— Нейтан… — бормочу я, пытаясь казаться твердой. — Тебя не должно здесь быть. Ты не можешь…

— Не могу? — перебивает он меня, наклоняя голову с опасной улыбкой. — Не могу перестать желать тебя. Не могу перестать смотреть на тебя… даже если я еще не касаюсь тебя.

Мне следовало бы закрыть окно. Следовало бы выключить свет и притвориться, что его не существует.

Вместо этого я открываю створку.

Дождь бьет мне в лицо. Нейтан не колеблется. В одно мгновение он оказывается внутри дома, его мокрые ботинки оставляют темные следы на паркете. Он хватает меня за талию и прижимает к стене рядом с открытым окном. Холодное стекло у меня за спиной, его горячее тело вплотную прижато к моему.

— Скажи мне остановиться, — рычит он мне в самые губы.

Я этого не делаю.

Я целую его с яростью и голодом, словно хочу наказать его и одновременно сдаться. Его пальцы скользят под мою футболку, царапая кожу. Он кусает мою губу, подбородок, шею.

— Ты ведь знаешь, что я смотрю на тебя часами, правда? — шепчет он хриплым акцентом. — Камера телефона, камера в гостиной… Я видел, как ты трогала себя, думая обо мне.

Я краснею от стыда и желания одновременно.

— Ублюдок, — тяжело дышу я, лихорадочно расстегивая его джинсы.

Он тихо смеется — низким, темным звуком. Подхватывает меня за одну ногу, фиксируя ее у себя на бедре, и без предупреждения вводит в меня два пальца. Я выгибаю спину, заглушая стон у него на плече.

— Хочу слышать, как ты стонешь мое имя, пока твой муж спит наверху, — шепчет он, двигая пальцами в жестоком и идеальном ритме.

Мои ногти впиваются ему в спину. Я притягиваю его ближе.

— Смотри на меня, — приказывает он.

Я подчиняюсь.

— Ты моя, — рычит он, толкаясь глубже. — Я уже взломал тебя, Лейла.

Я кончаю со сдавленным всхлипом, цепляясь за него. Нейтан не дает мне передышки. Он разворачивает меня, прогибает на подоконнике. Дождь омывает мое лицо, пока он входит в меня одним глубоким, резким толчком.

— Чёрт… — рычит он мне в затылок. — Такая узкая… такая идеальная для меня.

Его толчки яростные, собственнические. Каждый удар прижимает меня к холодному стеклу.

— Назови мое имя.

— Нейтан…

— Громче.

— Нейтан!

Он кусает меня за плечо в момент излияния, заглушая мое имя на моей коже.

Мы остаемся неразлучны еще несколько секунд, тяжело дыша под непрекращающийся шум дождя.

Затем сверху доносится сонный голос Кристиана:

— Лейла? Ты еще не спишь? Иди в постель.

Сердце подпрыгивает к самому горлу.

Нейтан улыбается, прижавшись к моей коже, — темной, удовлетворенной улыбкой. Он медленно отстраняется, с пугающим спокойствием поправляет мою футболку и шепчет мне на ухо:

— А теперь иди к нему… и помни, кто только что сделал тебя своей под его собственной крышей.

Он целует меня напоследок — грубо и властно, затем перемахивает через подоконник и исчезает в дожде.

Я остаюсь стоять, дрожа, с горящим телом и его вкусом на губах.

— Иду! — отзываюсь я сорвавшимся голосом.

Дрожащими руками я закрываю окно.

Ничто больше не будет прежним.

11

Разделённое сердце

Лейла

«Проблема была не в выборе. Проблема была в том, что она хотела обоих».

Нейтан повсюду и нигде одновременно. Он пугает меня и притягивает в равной степени.

После той встречи наши отношения изменились: мы восстановили связь, которая когда-то оборвалась. Он стал мягче, заботливее, внимательнее к каждому моему жесту; кажется, будто месяцев разлуки никогда и не было.

— Лейла? Подойди сюда на минуту, — доносится голос Кристиана сверху.

Я медленно поднимаюсь по ступеням с тяжелыми мыслями и замершим сердцем.

Он сидит на кровати, не сводя с меня глаз. В них горит тот самый свет, который я видела с нашего первого поцелуя, та самая отчаянная тревога человека, который боится меня потерять.

— Что случилось? — спрашиваю я, пытаясь скрыть свое замешательство.

— Я просто хочу… побыть с тобой, — говорит он и берет меня за руку, сжимая ладонь. — Я не хочу, чтобы ты уходила. Не хочу тебя терять, Лейла, — шепчет он.

Кристиан пододвигается ближе, медленно, словно боясь что-то сломать. Его лоб утыкается в мой, наши выдохи смешиваются.

Его кожа уже очень давно стала моим домом. Его пальцы чертят невесомые линии по моему боку, слегка прижимаясь к телу.