Однако эти точки я миновала, и меня снова накрыло ощущение, будто забрела в дремучий лес, и даже красная ленточка у меня в волосах, пожалуй, могла сойти за шапочку…

И где-то ждал серый, серый волк…

Как будто сволочуга специально хотел до смерти меня напугать!

Если вообще знал, что Кролль пошлет к нему с квинтэссенцией именно меня…

Выйдя к дому, я даже на мгновение остановилась, разглядывая его.

Надо сказать, Фрейтор устроился весьма нехило.

Если не сказать больше – великолепно.

Это был особняк в модерновом стиле, сочетающий красный кирпич, темный бетон, металл и стекло. Панорамные окна не создавали ощущение открытости – тонированные, отражающие темнеющее небо и лес, они выглядели, как черные зеркала.

Поймав свое отражение в одном из таких черных зеркал, я отвернулась – мои черты как будто исказились, и я сама в нем стала похожа на демона.

У тяжелой массивной двери из стали не было ни звонка, ни молоточка.

Вытащив из кармана сарафана заветный пузырек, помедлила пару секунд, борясь с желанием уйти отсюда куда подальше и не лицезреть чертового сволочугу.

Но это сулило серьезные проблемы, поэтому я постучала, чуть не отбив костяшки пальцев о холодный темный металл.

На удивление, дверь открылась почти сразу – не знаю, как он расслышал этот тихий стук.

После чего я смогла лицезреть его ректорское величество Рейна Фрейтора...

ГЛАВА 31

Был он в черных армейских брюках с ремнем с металлической пряжкой, заправленных в высокие черные кожаные берцы со шнуровкой.

Больше ничего на сволочуге не было, и взору моему предстал его обнаженный торс.

Вернее, не просто предстал, а буквально-таки бросился в глаза, оказавшись практически перед моим лицом. От него чуть ли что свет не исходил, и если бы херувимы существовали в реальности, то они обязательно запели бы на заднем плане «Аллилуя!».

Нет, я конечно, подозревала, что с физической подготовкой у сволочуги все в полном порядке, но такой идеальной формы не ожидала, что смутно вызвало во мне даже что-то вроде разочарования, потому что втайне мне хотелось, чтобы у Рейна Фрейтора нашелся хоть какой-нибудь изъян.

Но пока что изъянами и не пахло.

Это был действительно очень красивый мужской торс, без излишней перекаченности и бросающейся в глаза выпуклости.

А именно такой, как надо, чтоб назвать его идеальным – широкие плечи, плотные грудные мышцы, плоский напряженный живот с рядами четко очерченных кубиков пресса и косые мышцы, формирующие боковой рельеф корпуса.

Ничего лишнего, только рельефная фактура и гладкая матовая кожа, подчеркивающая это великолепные рельефы.

Этот обнаженный торс, это полуобнаженное мужское тело, весь Фрейтор в целом как будто распространял вокруг себя ауру подавляющей силы и даже, наверное, агрессии.

Все это я оценила буквально за пару мгновений, чтобы он не подумал, что я на него пялюсь, и подняла голову выше.

Все-таки разница в росте у нас была довольно существенная, поэтому приходилось смотреть в лицо сволочуги, запрокинув голову.

Его правая щека была в пене, а влажные русые волосы зачесаны назад. Помимо этого я заметила у него в правой руке, той самой с сигилом-драконом и миллионным числом резерва на запястье, бритву.

Из чего я сделала вывод, что застала сволочугу за сакральным занятием – он брился.

Причем не каким-то там кассетным станком, а клиновидной, так называемой опасной бритвой с цельным стальным лезвием, складывающимся в рукоятку.

У меня промелькнула радостная мысль, что занятый таким важным ритуалом сволочуга не станет отвлекаться от своего великого занятия из-за какой-то Мокрицы, и я смогу быстренько исчезнуть, как и планировала.

– Профессор Кролль поручил передать, комиссар, – как можно более нейтральным тоном сказала я, протягивая ему квинтэссенцию.

Ни ему в глаза, ни тем более на торс не смотрела, вытравив из своего голоса и взгляда абсолютно все человеческое, и, по примеру того же сволочуги представив себя роботом.

Только не роботом-убийцей¸ а роботом-курьером.

Каково же было мое удивление, когда вместо того, чтобы забрать свою эту драгоценную субстанцию и захлопнуть перед моим носом дверь, Фрейтор едва кивнул на пространство за собой.

– Отнеси в мой кабинет.

При этом посторониться даже не подумал!

Прижавшись спиной к стене, я боком протиснулась мимо него, но так как пространства для маневра сволочуга оставил крайне мало, все-таки коснулась его обнаженной кожи и своей форменной светло-синей рубашкой и краем сарафана.

Его запах – запах свежести, влажной хвои и чего-то то ли горного, то ли морского коснулся моего обоняния.

Я на пару мгновений задержала дыхание, потому что он был слишком мужским, слишком подавляющим.

Остро-агрессивным.

Внутри особняка Фрейтора оказалось под стать ему – очень дорого и современно даже для этого мира, в котором пользовались допотопными лэптопами и телефонами-кирпичиками. Но при том функционально, сдержанно и практично.