— Очень хорошая смерть, чтоб мне провалиться. — Вот теперь слезы все-таки брызнули из глаз. Он подумал, не рассказать ли Сету (и остальным; все они теперь плотно обступили его кольцом, внимая каждому слову) про тот фильм, на который они с Волком ходили — точнее, пытались сходить — в кинотеатр в Америке, но понял, что они не поймут.

— Хорошая-хорошая смерть? — Сет, похоже, хотел полной ясности. — Как написано в «Книге доброго земледелия»?

— Именно так. Он защищал стадо.

Сет протянул к нему руку. Джек даже не вздрогнул. Когти на концах пальцев Сета втянулись. Он бережно смахнул слезы с лица Джека.

— Сет, я хочу снова лечь спать. Мне пришлось нелегко. Я уже не молод, и у меня больше нет друга Волка, который мог бы посторожить.

— Мы. Ты. — Сет указал сначала на круг Волков, сидевших на корточках, а затем на Джека. Смысл был ясен без слов: «Мы будем сторожить».

— Спасибо. Огромное вам спасибо. — Он укутался в овчину, посмотрел на луну и попытался завыть сам. Получилось не очень, но остальные дружно подхватили: вышла странная, красивая и какая-то по-осеннему грустная гармония.

Джек уснул.

5

Когда он проснулся во второй раз, солнце уже вовсю светило. По обе стороны от него сидели двое Волков. Чуть поодаль еще один кашеварил, что-то помешивая в котелке над небольшим костром. Пахло восхитительно. Еще дальше, на склоне, поросшем травой (настоящей травой, а не тем смердючим желтым дерьмом), остальные приглядывали за большим, лениво жующим стадом коровец.

— Джеки. Стадо. Ешь. — Это был Сет. Он протянул Джеку котелок.

— Не хочу объедать вас.

— Ты. Стадо. Ешь. Ешь. — Его губы расплылись в том, что совершенно точно было улыбкой, а не оскалом. Без луны на небе он выглядел куда более человечным, да и речь его стала чище.

Хотя Сет держал котелок голой ладонью, для Джека тот оказался слишком горячим. Пришлось натянуть рукав комбинезона на пальцы, соорудив подобие прихватки.

— Спасибо, — сказал Джек. Он собирался сделать один-два символических глотка из вежливости и вернуть посуду, но внутри оказалась сытная, наваристая похлебка, сочная и полная густой подливы. Он осушил котелок до дна и протянул обратно.

— Еще? — спросил Сет.

— Не влезет, — отозвался он, но тут же поправился: — Хотя… пожалуй, влезет. Совсем чуть-чуть. Давненько я не ел домашней стряпни.

Сет непонимающе склонил голову набок.

— Делах, — пояснил Джек, указывая на котелок.

Это заставило всех Волков рассмеяться, хотя их смех больше походил на утробное рычание.

— Стадо! — вожак с такой силой хлопнул Джека по спине, что у того лязгнули зубы. — Джеки! Стадо! — А затем он произнес слова, заставившие Джека вновь затосковать по своему Волку, заскучать по нему всем сердцем: — Прямо здесь и сейчас!

— Сет, а двое других, похожих на меня, тут не проходили? Они не двигались в ту сторону? — Джек указал направление.

— Так. Плохие. Не стадо. Их помет безумный.

— От их следов пахло сумасшествием?

— Так! Безумные!

— А как вы поняли, что они плохие?

К Сету подошла волчица и похлопала себя по груди:

— Я. Меня. Лена.

— Мальчик и девочка, Лена?

— Так, — подтвердила она. — Мы уходить. — Она указала на ближайший холм. — Стадо уходить. Нужно охранять стадо, сам знаешь. Так что — прятаться.

— У того парня были рыжие волосы? — Он коснулся своей макушки.

— Так. Как кровь. — Она опустила голову; ее собственные седые волосы, длинные и спутанные, свисали по спине до самого пояса старого комбинезона. Затем она снова взглянула на Джека и, прежде чем отвернуться и засыпать костер землей, бросила напоследок лишь одно слово:

— Зло.

6

Сет, Лена и еще двое или трое Волков сопровождали его весь день: они то бежали на двух ногах, то срывались на галоп на четырех лапах. Другие остались со стадом коровец, но эти… кем они являлись? Телохранителями? Почетным караулом? Джек думал, и тем, и другим. Ему хотелось прибавить ходу, хотелось поскорее покончить с этой миссией, но и бросить их позади не поднималась рука, поэтому они с Миссис Т. двигались не спеша. Около трех часов дня, по его прикидкам, Сет срезал дорогу перед самым носом «Бинни» и вскинул вверх руку — при ярком солнечном свете это была именно человеческая рука. Джек заглушил мотор и вышел.

— Джеки. Мы стать здесь. Дальше нет.

— Спасибо, что проводили меня досюда.

Сет серьезно посмотрел на него. При дневном свете его глаза казались карими, но в них все еще тлел дикий зеленый отблеск. — Опасно, Джеки. Не безопасно. Тянет. Тянет.

— Ты про Прорву?

— Так. Плохо. Тянет. Опасно. — Похоже, лучше сформулировать он смог.

— Я буду осторожен. Обещаю.

— Не мочь. Нет осторожен. Нет осторожен.

Джек не был уверен, но, кажется, Волк пытался сказать, что проявить осторожность там попросту невозможно. Но как такое может быть?

Он взял Сета за лохматые плечи и произнес:

— Все будет хорошо.