— Тогда сейчас тебе придется выложиться по полной. Лучше позвони или напиши. Не позволяй им увидеть твое лицо. Не позволяй прочитать язык твоего тела. Ты меня слышишь?

Я снова киваю, хотя она меня не видит.

— Да.

— Ты отправишь их на склад возле пекарни Ани. Он пустой. Заброшенный. Но они этого не знают. Скажешь, что опасность там. Все должно звучать реально. Неоспоримо. Нельзя просто предложить. Нельзя намекнуть. Ты должна заставить их поверить, что это единственный возможный вариант. Понимаешь?

Желудок словно наполнен кислотой. Горло сжимается.

Но я все же шепчу: — Да. Да, понимаю. Пожалуйста, скажи, что делать.

— Ты заставишь их убраться из своих домов. Всех до единого. Отправишь на склад. Он достаточно далеко от бара «Волк и Луна». Затем останешься дома. Пусть ирландцы делают в баре все, что, блядь, задумали, но твоей семьи там не будет. Ясно?

— Да, — шепчу я.

Нервы держатся на последней нитке.

— Хорошо, — говорит она. — Я сделаю отсюда все, что смогу. А ты, Зоя, будь чертовски осторожна. Ты понимаешь? — снова спрашивает Ария.

— Да. Хорошо. Спасибо, — запинаюсь я. — Что я тебе должна?

— Просто останься в безопасности, — отвечает она.

Ее голос смягчается и слегка ломается.

— Я знаю, насколько все серьезно. Знаю, что поставлено на карту. Пожалуйста, Зоя… будь осторожна.

Она завершает звонок.

Я смотрю на телефон.

Из груди вырывается сухой всхлип. Я тяжело дышу, а затем делаю глубокий вдох.

Первым набираю Рафаила.

Слова Арии до сих пор звучат в голове.

Сделай историю убедительной.

Не предлагай.

Не намекай.

Заставь их поверить.

К тому моменту, когда Рафаил отвечает, я уже плачу.

Если честно, это помогает.

— Рафаил.

Мой голос сломанный.

Измученный.

И я лгу.

Нагло, сквозь гребаные зубы.

Придумываю самую убедительную историю, на какую только способна. Ту, что заставит его уехать.

— Их больше нет, — шепчу я. — Нет. На склад напали. Ты должен ехать. Пожалуйста. Их больше нет. Всех, Рафаил. Родиона. Семена. Матвея. Всех.

Я умоляю, хнычу…

Жалкая.

Но должна заставить его поверить.

И он верит.

Разумеется, сначала задает вопросы. Он не дурак. Но в конце концов говорит, что поедет.

Обещает, что уже выезжает.

Слава, мать его, богу.

Затем я звоню Семену.

Родиону.

Матвею.

Вадьке.

И лгу каждому.

Делаю ложь убедительной. Заставляю ее звучать правдоподобно.

И один за другим они говорят, что едут.

Время заканчивается.

Мне остается лишь молиться, чтобы этого было достаточно. Чтобы отвлекающий маневр сработал. Чтобы обман продержался.

Потому что сейчас?

Сейчас важно лишь одно: они должны уехать.

Я хожу по дому, чувствуя, будто предала всех. Братьев, семью — каждого человека, который когда-либо мне доверял.

А хуже всего?

Я предала единственного мужчину, которого любила.

Я не знаю, что теперь с собой делать. Брожу по дому словно призрак, и каждый следующий шаг тяжелее предыдущего.

Следующий звонок — Мии. Когда я произношу ее имя, мой голос ломается.

— Миа, — шепчу я, едва выговаривая слова. — Мне никогда прежде не было нужно, чтобы ты так ради меня лгала. Никогда. Но сейчас нужно. Ты должна лгать так, словно от этого зависит твоя жизнь. Пожалуйста.

Я рассказываю ей как можно меньше — только то, чего достаточно, чтобы она встала на мою сторону. Не хочу подвергать ее опасности. Не хочу втягивать кого-либо еще в созданный мной хаос.

Но она понимает.

Как всегда.

— Да, — отвечает Миа. — Конечно. Ты была здесь всю ночь. Что случилось, Зоя? С тобой все хорошо? Ты в безопасности?

— Теперь да, — лгу я.

А может, и нет.

Я в безопасности?

Больше не уверена.

Но все равно стараюсь ее успокоить.

— Думаю, да.

Всхлип вырывается прежде, чем я успеваю его подавить.

Я предала их всех.

Шеймус узнает?

Боже.

Что случится, если узнает?

Почему это пугает меня даже сильнее, чем разоблачение перед собственными братьями? Почему именно его я боюсь?

На его телефоне было это сообщение.

Потому что он скрывал нечто огромное. Был заодно с теми, кто хочет сжечь мою семью дотла.

Неудивительно, что мы почти никогда не покидали бар. Что все постоянно было на грани.

Он мне лгал.

Скрывал правду.

Играл в игру, об участии в которой я даже не подозревала.

Неужели все это время он меня соблазнял?

Я была лишь очередной частью плана?

Я сижу в тишине, ожидая последствий.

И они наступают быстрее, чем я могла представить.

ГЛАВА 7

ШЕЙМУС

Каким-то чудом — а возможно, благодаря божественному вмешательству — Копыловы не появляются.

— Уничтожь их всех.

Приказ, отданный лично моим боссом. Но я не уничтожаю Копыловых.

Копыловы вообще не приходят. Это мой шанс.