Работы предстояло немало. Но впервые за долгое время я чувствовала не страх и отчаяние, а настоящее предвкушение от предстоящих хлопот.

Новая жизнь начинала обретать вполне реальные, осязаемые очертания.

12. Путь к сердцу орка...

Решение пришло само собой, стоило только прикинуть дальнейшие планы. С орочьей общиной нужно было наладить отношения и чем скорее, тем лучше. Ждать, пока соседи сами явятся с проверкой, было бы неразумно. Лучше проявить инициативу первой.

— Тимесса, узнай, пожалуйста, кто у орков за старшего. И где его найти, — попросила я на следующее же утро после подписания бумаг о покупке трактира и нашего переезда в новый дом.

Мы успели разобрать и отмыть пока всего две хозяйские комнаты, но я уже и этому была бесконечно рада и полна горячего энтузиазма продолжить обустройство на новом месте. Диара также радовалась переезду. На ее маленьком личике горел настоящий восторг, когда она жадно рассматривала обстановку трактира, который нам предстояло привести в порядок и сделать прибыльным предприятием.

— Это наше? Мы тут теперь всегда-всегда будем жить? — в сотый, наверно, уже раз спрашивала она, и, получив утвердительный ответ, заново вспыхивала радостью.

Тимесса справилась на удивление быстро. Уже к обеду она вернулась с нужными сведениями.

— Зовут его Архад, госпожа. Глава общины, из бывших воинов, как я поняла. Живёт в большом доме в самом начале их квартала. Не ошибётесь, госпожа, там ворота мудреные такие, кованные, а сверху вроде как морда волка тоже из железа...

Я мысленно взяла на заметку описание и задумалась над самой стратегией визита. Уже было решено идти не с пустыми руками. Но вот что это должен быть за гостинец, чтобы сразу расположить к себе?

Путь к сердцу большого сурового мужчины, как известно, лежит через желудок, и неважно, человек он, орк или кто-то ещё. А раз хмельное у зеленых и клыкастых не в почёте, оставалось делать ставку исключительно на еду. Причём еду сытную, основательную, под стать самим воинам, а не на изысканные, но малосъедобные для суровых мужчин деликатесы.

Решено — будут пироги. Сделаю два вида, чтоб уж наверняка.

Следующее утро я потратила на то, чтобы тщательно облазить местный рынок, придирчиво отбирая пригодные для моей задумки, продукты, и не только их. Вечером отмывали с Тимессой кухню.

Было как-то странно в процессе уборки слышать от нее неизменное — госпожа. Я было предложила ей называть меня по имени, но она с жаром отказалась, мотивируя это тем, что ей так привычнее и легче.

Ну я и не стала настаивать. Но драили полы и столы мы с ней наравне, без всяких скидок на прежние титулы, что меня полностью устраивало.

Диара с любопытством крутилась рядом, пытаясь тоже помогать в меру своих детских сил.

И вот странное дело. Вроде устала я под конец этого дня просто адски, а внутри такое умиротворение было, какого никогда я не испытывала ни здесь, ни в прежней своей жизни.

А вот на третий день настало время пирогов. С самого утра я взялась за дело, засучив рукава. Диара зачарованно замерла на табурете, вытянув шею и наблюдая за мной.

Первый пирог я решила не мудрить сильно и сделать простым, но зато основательным, с местным аналогом капусты, чем-то напоминающей белокочанную, но с чуть более острым, пикантным вкусом, и с мясом. Самая выигрышная начинка.

Я нарубила капусту мелкой соломкой, слегка притушила на медленном огне в собственном соку с добавлением капли масла и щепоти соли, пока та не стала мягкой. Отдельно обжарила рубленое мясо с луком. Выбрала местную баранину, с некоторой осторожностью приправив ее местными специями. Приходилось постоянно пробовать, чтобы меня устроил вкус.

Затем я смешала начинку, давая ей чуть остыть.

Тесто для этого пирога я делала заранее. Дрожжевое, пышное, воздушное, требующее двух подходов расстойки у тёплой печи. И, конечно, что начинки, что теста получилось не на один пирог. Я и нам наделала маленьких пирожков, рассудив, что так и сытнее будет и удобнее есть.

Со вторым пирогом пришлось повозиться куда дольше, потому что я задумала хачапури, то самое лакомство из слоёного теста с сырной начинкой, воспоминания о котором до сих пор вызывали у меня почти физическую тоску по прежней жизни.

Слоёное тесто в этом мире, конечно, никто готовить еще не пробовал. Во всяком случае, я про это ничего не знала. И память Миринии молчала на эту тему. Потому пришлось спешно вспоминать всю технологию, подстраиваясь под доступные здесь продукты.

Для начала я замесила простое пресное тесто из муки, воды, щепотки соли и капли уксуса, эластичное, гладкое, дала ему отдохнуть под влажной тканью с четверть часа. Тем временем взялась за главный секрет слоёности — масляную прослойку.