Поначалу поиски велись весьма рьяно. Люди барона, дождавшись отъезда гостей, принялись обшаривать окрестности, расспрашивая на дорогах и во всех постоялых дворах о светловолосой женщине и девочке с ней. Обещали награду за любые сведения о беглянках.

В борделе, конечно, нас никто и не подумал искать. И я не уставала благодарить высшие силы, что они послали мне Тимессу, которой пришел в голову такой дельный план.

Шли недели, ощутимых зацепок не находилось, и постепенно рвение сыщиков угасало.

А потом, через три недели после моего исчезновения, мы узнали, что барон, не найдя ни самой жены с дочерью, ни каких-либо ее следов, официально объявил о её смерти.

Удобно, ничего не скажешь.

Далее последовали пышные проводы и жертвы богине Яре, торжественная процессия возле храма, и короткое упоминание о «трагически оступившейся на лестнице баронессе». Мои похороны прошли с размахом, приличествующим положению моего мужа. Он даже объявил траур на положенный срок.

Правда, траур этот никак не мешал попойкам в замке продолжаться каждый вечер без остановки, а самому барону — вызывать в свою спальню новую служанку чуть ли не через день. Слушая эти рассказы, я лишь качала головой с горькой, невесёлой усмешкой.

Нет, я не жалела, что не прибила его тогда до конца, но в тоже время я с горечью осознавала, что скоро барон также легко найдет новую жертву на мое место.

— Вот бы его духи прокляли и у него все вниз там отсохло и параличом его разбило до конца дней, — всегда эмоционально ругалась Тимесса на это.

Я же больше слушала и осматривалась в этот период.

Через два месяца разговоры о сбежавшей баронессе почти сошли на нет, сменившись куда более насущными сплетнями о новых пассиях барона и его растущих карточных долгах.

Именно тогда мы с Тимессой решили, что время пришло.

— Пора нам собираться в дорогу, госпожа, — сказала она однажды вечером, присаживаясь рядом со мной, пока Диара мирно спала в своем углу каморки. — Поиски свернули, барон угомонился, да и деньги у нас теперь есть, чтобы добраться куда подальше. Задерживаться здесь дольше — только судьбу лишний раз испытывать.

Я кивнула, чувствуя, как внутри вновь просыпается та самая холодная решимость.

— Куда нам лучше отправиться, как ты думаешь? — тихо спросила я, глядя на спящую Диару.

Тимесса задумчиво прищурилась, явно уже не раз обдумывая этот вопрос.

— Лучше в соседнее королевство, госпожа. В баронствах все же не так спокойно, как там говорят. Да и лучше будет нам подальше отсюда, где никто не знает ни вас, ни меня. Но путь предстоит неблизкий.

Я согласно кивнула в ответ.

— Тогда завтра начнем собираться.

А пока наши герои собираются в дальнюю дорогу, я приглашаю вас заглянуть в мою горячую соавторскую новинку:

Древний договор требует, чтобы я стала женой самого опасного василиска в Империи. Судьбу не изменить, но я все же попробую.

10. На краю земель

Прощание с мамкой Лаеш и остальными неравнодушными к нашей судьбе обитательницами борделя прошло на удивление тепло и трогательно. Девушки надавали нам вещей в дорогу.

Особенно много подарков перепало маленькой Диаре. Ее тут успели полюбить, и всячески баловали в последние недели.

Я тоже не хотела оставаться неблагодарной и положила еще один мешочек с золотом на стол хозяйки, сверх той суммы, о которой мы с ней договаривались изначально.

Но Лаеш не взяла его.

— Забери, — чуть сморщила она брови. — Тебе нужнее будут, как доберетесь до места. По себе знаю, как деньги легко улетают, когда новую жизнь начинаешь.

Я не стала спрашивать, что она имела в виду, но поблагодарила. Она же пристально взглянула мне в глаза своим фирменным пронзительным взглядом, а потом положила на стол рядом с моим кошельком медную монету с аккуратной дырочкой у ободка.

Я вопросительно посмотрела на неё. Это явно что-то значит.

— Убери куда подальше, — усмехнулась на это Лаеш. — Можно, конечно, и шнурок продеть да на шею или на руку повесить, но вряд ли тебе нужно лишнее внимание ночной гильдии. Так, если вдруг какая серьезная проблема возникнет, ты любому нищему на базаре покажи эту монету, и он тебя сведет с нужными людьми, чтобы ее решить.

— С-спасибо, — немного запнулась я от ее неожиданной щедрости.

Взяла монету в руки, повертела. На другой стороне заметила отличие от тех монет, что я здесь видела. Вместо гордого профиля незнакомого правителя или короны там красовалась бабочка, вернее мотылек, если я правильно поняла.

Ночная гильдия, значит.

Поблагодарила еще раз и убрала ее подальше, но про себя решила, что приберегу эту монету на самый-самый крайний случай, если вообще когда-нибудь решусь ею воспользоваться.

Ночная гильдия… Что это за гильдия такая, понятно было и так. Не хотелось мне с ней связываться.