«Обрети я ослепительную красоту, то без труда отыщу себе достойную, богатую партию, и наш семейный бюджет точно так же пойдет в гору…» — Жасмин словно услышала вкрадчивый, дьявольский шепот над самым ухом. Напрочь лишившись воли к сопротивлению, она судорожно зажмурилась и выдохнула заветную просьбу:

— Отчаянно жажду стать невообразимо, безумно, дьявольски красивой!

Она вложила в эту фразу сразу три громогласных эпитета, отчаянно усиливая эффект.

Не успело эхо этих слов растаять в воздухе, как «дверца» агрегата вновь распахнулась. Из механических недр выскользнула серебристо-белая маска и плотно, словно влитая, легла прямо на лицо Жасмин.

Девушка судорожно распахнула веки, успев застать лишь тот мимолетный миг, когда диковинная личина бесследно растворилась в воздухе.

Синхронно с этим её нутро прошило диковинное чувство, будто она намертво сплелась незримыми узами с чем-то непостижимым.

Сгорая от бьющего через край предвкушения, она круто развернулась и вновь подбежала к витрине того самого уличного магазинчика. Купаясь в тусклом свете газовых фонарей, Жасмин жадно вперила взгляд в стеклянную гладь, силясь разглядеть свой новый облик.

С ходу, навскидку препарировать, какие именно метаморфозы претерпел овал лица или черты, было попросту немыслимо. Девушка кристально ясно осознавала лишь одно: в эту самую секунду она сама без остатка утонула в ослепительном, пьянящем омуте собственной красоты.

Носик вытянулся, обретя точеное, аристократичное изящество; губы налились чувственной пухлостью, а глаза распахнулись шире, лучась влажным, чарующим блеском. Кожа же приобрела бархатистую, безупречную нежность, до боли напоминая молочный пудинг. От её былой, заурядной физиономии остались лишь едва уловимые, призрачные черты.

— Н-неужто это и есть подлинное божественное чудо… — с благоговейным, неконтролируемым трепетом выдохнула Жасмин, рассыпаясь в искреннем восхищении.

Девушка завороженно, словно в трансе созерцала свое отражение. Лишь титаническим усилием воли оторвав взгляд от витрины, она развернулась и отвесила «Автоматической машине желаний» низкий, исполненный глубочайшей признательности поклон.

Покончив с этим, она, совершенно не чуя под собой ног от эйфории, поплыла в сторону омнибусной остановки. И на протяжении всего этого короткого маршрута прохожие один за другим сворачивали шеи, намертво пригвождая её своими взорами.

Бам!

Какой-то бедолага-джентльмен до того зазевался, пожирая её глазами, что со всего маху впечатался прямо в чугунный столб газового фонаря.

Жасмин лишь очаровательно, лукаво улыбнулась. Не проронив ни звука, она грациозно впорхнула на подножку подошедшего омнибуса.

Салон по-прежнему был забит под завязку: пассажиры плотно оккупировали все до единого посадочные места.

В тот самый миг, когда девушка растерянно обводила экипаж взглядом в поисках свободного уголка, сразу несколько мужчин пулей вскочили со своих мест. Вытянувшись по струнке, они заискивающе заулыбались и наперебой предложили:

— Мисс, прошу вас, присаживайтесь здесь!

Жасмин впала в легкий ступор. Ей и в страшном сне не могло привидеться, что этот суровый мир способен в одночасье обрушить на нее такую лавину искренней теплоты и благосклонности.

Благоразумно не став ломать комедию и отнекиваться, она опустилась на ближайшее уступленное сиденье. Одарив расщедрившегося кавалера ослепительной, лучезарной улыбкой, девушка произнесла:

— Безмерно вам благодарна.

Лицо счастливчика вмиг расцвело самыми живыми, бьющими через край красками, и он с наигранной, светской скромностью отозвался:

— Право же, это священный долг любого истинного джентльмена.

Жасмин, в чью подкорку всё еще были намертво вбиты привычки затворницы, благоразумно не стала развивать светскую беседу. Девушка проехала весь маршрут в звенящем безмолвии и, добравшись до нужной остановки, покинула экипаж.

Не успела она сделать и пары шагов по улице, как спинным мозгом почуяла на себе чей-то пристальный взор. Девушка на чистых инстинктах резко обернулась.

Оказалось, её буравил глазами в стельку пьяный мужик. Бедолага пялился на нее таким тошнотворным, сальным и первобытно-похотливым взглядом, что описать эту мерзость словами было попросту немыслимо.

Душу Жасмин окатило леденящим ужасом. Девушка пулей рванула в сторону своего доходного дома, вот только по пути абсолютно каждый встречный мужчина провожал её в точности таким же плотоядным взором. Казалось, еще секунда — и эти благообразные обыватели сбросят маски, обернувшись дикими, изголодавшимися бестиями.

В этот самый миг девушка кристально ясно осознала: она бредет не по цивилизованному полису, а пробирается сквозь хищные, кишащие первобытной угрозой джунгли.

Глава 1314 Чудо длится лишь мгновение

Если еще совсем недавно Жасмин откровенно наслаждалась восхищенными взглядами мужчин, то теперь её душу затопили лишь первобытная тревога и леденящий страх.