Я перелистываю на страницу и нахожу нужный фрагмент. Мои глаза мечутся по строчкам, а мозг лихорадочно выстраивает взаимосвязи, достойные заядлого сторонника заговоров.

Здесь есть снимок группы мужчин в костюмах, собравшихся вокруг одиночного улья перед фонтаном во внутреннем дворике. Согласно тексту, когда Крессвелл только открылся три века назад, группа студентов, преподавателей и местных чиновников объединилась, чтобы создать общество пчеловодов, а собранный мед они бесплатно отдавали местным жителям.

Они встречались каждую неделю, и с годами, по мере того как росло число студентов, основатели клуба начали привлекать к участию новых учащихся. Приглашение в эту группу считалось огромной честью. Якобы даже мэры, губернаторы и случайные владельцы бизнеса вступали в общество пчеловодов исключительно по приглашениям.

Мужчинам, получившим доступ, выдавали значки в форме пчелиных сот. Я вывожу на экран изображение жертвы, перевожу взгляд на оттиск в книге выпускников и всматриваюсь в значок, приколотый к лацкану мужчины на фотографии.

Они совпадают. Тот же рисунок, те же четыре шестиугольника. Расположение пчелы.

Не думаю, что смогла бы хоть когда-то представить своего папу занимающимся пчеловодством.

Кажется, я схожу с ума, потому что ну не может в Нью-Йорке — из всех возможных мест — существовать смертельно опасная группировка пчеловодов.

Теперь я запуталась еще сильнее, чем час назад.

Господи, у меня, кажется, начинается мигрень. Мой взгляд падает на напольные часы у одного из стеллажей. Без пятнадцати пять. Пятнадцать минут до моей предполагаемой встречи с Мэддоксом.

Небеса, помогите мне.

Я отбрасываю всякую осторожность и по пути к его кабинету покупаю еще один стакан кофе. К тому моменту, как я подхожу к его корпусу, стакан уже пуст, а мои нервы натянуты до предела.

О чем он вообще хочет поговорить? Об инциденте с его братом? О том, что он хочет приобщить меня к пчеловодству? Он еще не выставил оценки за последнее задание. Что если он собирается сообщить, насколько ужасно я с ним справилась? Что если именно сегодня я узнаю, что теряю стипендию?

Оплатить обучение я не смогу, так что мне придется попрощаться со своей привычной жизнью, и я никогда не узнаю, чем занимался мой отец.

Может, он все-таки решил завалить меня. Я буду выполнять дополнительные задания, убирать его студию, проверять работы, стирать его вещи, буквальновсе , что он захочет, и я это сделаю. Лишь бы не потерять стипендию.

Черт, я готова даже встать на колени, чтобы вымолить возможность пересдачи.

Нет, плохая Рейна.

Я смотрю на часы. Ровно пять.

Сейчас или никогда.

Глава 15

Рейна

Я беру себя в руки и стучу костяшками пальцев по внушительной двери. Она открывается мгновенно, словно Мэддокс ждал прямо за ней.

Никто из нас ничего не говорит. Мы бесстыдно смотрим друг на друга. Это кажется неправильным, будто я поощряю его за то, что несколько часов назад он делал вид, что меня не существует. Сейчас он даже не пытается скрывать, что разглядывает меня, — от сапог до колена и кружевных колготок до шелкового бордового платья, задерживая взгляд на тонкой черной ленточке вокруг моей шеи. Когда он облизывает нижнюю губу, моя кожа вспыхивает густым румянцем.

Это уже было во сне.

Он выглядит так же, как и на занятиях, за исключением того, что его волосы уложены аккуратнее, галстук поправлен ровнее, а одеколон пахнет чуть сильнее. На нем нет следов краски или графита, размазанного по руке. За последнее время это самый опрятный и собранный его образ, что я видела.

Мэддокс отступает настолько, чтобы я могла протиснуться мимо него в кабинет, задев его твердые, рельефные мышцы.

Его запах повсюду. На одежде, в воздухе.

Это настолько затуманивает мне мозг, что я выпаливаю:

— Вы не спите.

Он приподнимает одну бровь, закрывая за собой дверь и запирая ее на замок.

— А вы действительно проницательны.

Назад пути нет. Я киваю на сложенный на диване плед, сдерживая желание указать вместо этого на мешки под его глазами.

— Почему? С вами все в порядке?

Он заминается, застигнутый врасплох.

— Осторожнее, мисс Синага. Задавая подобные вопросы, вы ступаете на опасную территорию.

— У меня есть такая привычка.

Его ноздри раздуваются.

— Я прекрасно осведомлен о ваших ночных рандеву.

Так, стоп, назад. Возможно, это вообще не связано с моими оценками, а нужно толькодля того, чтобы в очередной раз перемыть кости теме, которую мы обсуждали уже до тошноты.

Если мне не изменяет память,я вообще-то нанего злюсь.

— Вы пригласили меня в свой кабинет, чтобы обсудить, чем я занимаюсь в свободное время, мистер Шоу? Если проявление моей свободы воли — это единственная причина нашей встречи, то я хочу, чтобы вы знали: я вас услышала и понимаю ваше беспокойство.

Я отказываюсь повторять наш прошлый разговор. Проще направить нас к теме его брата.