— Леди Моретти. — Иисус, Мария и Иосиф, не могу поверить, что назвала ее так. — Это Кимбер. Надеюсь, я не отвлекаю.

— Кимбер? Все в порядке? Что-то с Маттео? Что случилось?

В ее голосе звучит паника. Я не виню ее. Если бы мы поменялись местами и она позвонила мне, я бы тоже заподозрила худшее.

— Все хорошо. Маттео в порядке. Дело не в нем. Я хотела спросить… — Мне нужно откашляться, чтобы избавиться от кома в горле. — Могу ли задать несколько вопросов. Если у тебя есть время на небольшую беседу.

Я ожидала чего угодно, но только не мягкого удивления и теплоты, с которыми она отвечает: — Конечно. Я с удовольствием поговорю с тобой. — После минутного колебания она добавляет: — Я рада, что ты позвонила.

Почему у меня в руке нет бокала вина? О чем я только думала? Для такого разговора просто необходим огромный бокал алкоголя!

Пытаясь звучать как вменяемый взрослый человек, я продолжаю разговор.

— Думаю, мы не с того начали. Вычеркни это – я точно знаю, что мы не с того начали.

— Да. Полагаю, так и есть.

Ее голос тихий, но без враждебности. Пока все идет неплохо.

Я начинаю расхаживать по комнате. Думаю, маркиза, должно быть, чувствует мое волнение, потому что терпеливо молчит, пока я собираюсь с мыслями.

Это занимает больше времени, чем я ожидала.

— Ты уверена, что я тебя не отвлекаю?

— Я только что поужинала, а Лоренцо несколько минут назад ушел выгуливать собак. Сейчас самое подходящее время.

Ладно, с этого и начнем.

— Где спит Лоренцо? — Звучит куда более обвиняюще, чем я планировала. С таким же успехом я могла бы назвать ее грязной шлюхой.

— Прошу прощения?

Да к черту. Будь что будет.

— Вы с Лоренцо пара?

Ее смех застает меня врасплох.

— Если бы мы были парой, его жена определенно сказала бы пару ласковых по этому поводу!

Я замираю на месте.

— Жена? Какая жена?

— Его очаровательная жена Барбара, с которой они в браке уже почти сорок лет. Она чудесная женщина, но если бы она хоть на секунду поверила, что я положила глаз на ее мужа, я бы уже осталась без зубов. Она немка. Видела бы ты ее руки. Эта женщина могла бы сойти за профессионального рестлера. Они живут недалеко от «Иль Соньо» – это тот самый белый коттедж с синей дверью у подножия холма, рядом с пекарней. Ты его видела?

Видела. Уверена, внутри стоит отличная кровать для Лоренцо.

— Барбара работает в ночную смену, поэтому Лоренцо часто задерживается. Или приходит рано, смотря как на это посмотреть. И, отвечая прямо на твой вопрос: нет. У нас с Лоренцо нет романтических отношений. Тем не менее, он один из моих самых верных друзей. Он прошел со мной через многие трудные времена.

Маркиза делает паузу, чтобы справиться с легкой дрожью в голосе.

— Барбара приезжает завтра на поезде. Это наша ежегодная традиция, небольшой отпуск для нас всех. Я вполне могу обойтись обслуживанием в отеле, а Лоренцо с Барбарой осматривают достопримечательности. Милан так прекрасен в это время года.

Это больше, чем я слышала от нее за все время нашего знакомства. Очевидно, обвинить женщину в том, что она спит со своим дворецким – отличный способ развязать этой женщине язык.

Нужно отдать ей должное за то, что она не накричала на меня и не бросила трубку.

— Надеюсь, скоро я с ней познакомлюсь. Прости, что мне пришлось спросить об этом. Я не хотела проявить неуважение, просто…

— Просто Доминик успел напеть тебе в уши, — заканчивает она, звуча грустно, но без удивления.

— Да. — Признаваться в этом неловко.

Маркиза такая милая! Где же эта милая женщина была все это время? Зачем она пряталась за маской ледяной королевы?

— Мне было интересно, сколько времени ему на это понадобится. Хочешь спросить что-нибудь еще? Раз уж у нас завязался такой приятный разговор.

В ее голос возвращается теплота. Может, она выпила. В конце концов, она в отпуске.

— Раз уж мы заговорили об этом, у меня действительно есть еще несколько вопросов.

— Я внимательно слушаю.

Я беру паузу, чтобы откупорить бутылку вина и налить себе бокал. Затем сажусь за кухонный стол и делаю несколько глотков для храбрости.

— Почему ты не приходила в больницу, когда мой отец болел?

— О, — тихо отзывается маркиза. — Я смотрю, ты пустила в ход тяжелую артиллерию.

— Я не умею вести светские беседы.

— Это заметно. — Она делает тихий вдох. — Мой первый муж мучился больше двух лет, прежде чем рак окончательно убил его. Мы постоянно ложились в больницу и выписывались. Вся наша жизнь вращалась вокруг его болезни. Я не жалуюсь, пойми, просто объясняю, что это была наша реальность. Ожидание его смерти. Я видела, как он становится все слабее и больнее. И то чувство беспомощности от того, что я ничего не могла сделать, чтобы это остановить…