Дорогие читатели, ваши комментарии вдохновляют меня и придают силы продолжать. Мне очень важно ваше мнение — о героях, сюжете и книге в целом.

Если Вы хотите поддержать автора, пожалуйста, добавьте книгу в библиотеку, поставьте "Мне нравится" и подпишитесь на автора. Это очень-очень важно для книги и для автора. Спасибо!

Глава 2.2. Потеря репутации

Я буду всё отрицать. Я буду всё отрицать. Я буду всё отрицать.

Эта единственная мысль неотступно крутилась в моей голове, пока я шла к кабинету ректора, где за всё время учёбы бывала от силы раза три. Но даже сейчас мысли вновь и вновь возвращались не к предстоящему разговору, а к Торнаку, к тому, что его потеря означала для моей семьи, и к одному-единственному вопросу о том как Десмонду вообще удалось связать его с собой?

Я не знала ни одного ритуала, который позволял бы подобное.

— Леди Холлоуэй, — мисс Гассама открыла передо мной дверь.

— Благодарю, — тихо ответила я.

— Проходите. Лорд-ректор уже ожидает вас.

Плохо. Очень плохо. Если меня даже не заставили ждать в приёмной, значит, дело действительно было срочным.

Внутри кабинет почти не изменился. Высокие окна пропускали мягкий дневной свет, скользивший по полированным панелям из тёмного ореха. Между книжными шкафами висели старинные гравюры с видами первых корпусов академии, а на массивном письменном столе — аккуратные стопки документов, серебряный письменный прибор и тяжёлые часы, негромко отсчитывающие время.

Мужчина, сидевший за письменным столом, поднялся мне навстречу с той безупречной сдержанностью, которая отличает людей, выросших среди дворцовых церемоний. Высокий, с прямой осанкой и безукоризненно сидящим сюртуком — всё в нём говорило о том, что он аристократ.

Он вполне мог бы и не подниматься, мы оба принадлежали к благородному сословию, однако в стенах академии именно он обладал здесь высшей властью, независимо от того, кто из учеников стоял перед ним.

Исключение составляли разве что принцы… Но, насколько я знала, первый из них должен был поступить лишь через два года, а кто знает, останется ли к тому времени лорд Саттер ректором.

Куда сильнее меня встревожило другое. Помимо ректора, в кабинете находились глава факультета виталистики, к которому я принадлежала, а также смотрители мужского и женского общежитий. Холодный пот мгновенно пробежал по спине, но я всё равно вежливо улыбнулась всем присутствующим, чувствуя, как разгоняется сердце.

— Думаю, вы понимаете, зачем я пригласил вас сюда, леди Холлоуэй? — без предисловий произнёс ректор. Ни единая эмоция не отразилась на его породистом лице. Он был красив, как и все мужчины его рода, и сравнительно молод — ему ещё не исполнилось сорока. — Если бы эти слухи не дошли до королевы, вас бы не стояли здесь сейчас, передо мной.

Он почти открыто говорил, что, даже отправься я к Десмонду на глазах у всей академии, руководство предпочло бы не вмешиваться, потому что подобное происходило здесь постоянно, если только в академии не находилась с визитом королева.

Ректор академии — должность всегда временная. Для аристократов она была скорее испытанием, своеобразной ступенью перед назначением на высокую административную должность при дворе. Здесь они учились управлять людьми, обзаводились полезными знакомствами и осваивали искусство влиять на благородных с помощью мягкой силы.

— Это всего лишь слухи, мой лорд, и они не имеют под собой никаких оснований, — спокойно ответила я. — Уверяю вас, я с уважением отношусь к правилам академии…

Врала, конечно, безнадёжно врала, но признаваться я не собиралась до самого конца. Почему-то до сих пор мне казалось, что всё ещё можно исправить, что всё каким-то образом разрешится.

— Леди Холлоуэй… — лорд Саттер устало вздохнул, после чего жестом предложил мне сесть. От него едва уловимо пахло дорогой бумагой, воском для печатей и лёгким одеколоном. Я подчинилась, ощущая на себе взгляды остальных. — Ваше письмо, которое успела прочитать едва ли не вся академия, уже проверил бытовой маг, нет никаких сомнений, что оно написано вашей рукой. Кроме того, вас неоднократно видели входящей в мужское общежитие и выходящей из него, это подтвердили как минимум трое смотрителей. И повторю ещё раз — если бы письмо и его содержание не дошли до сведения Её Величества, этот разговор никогда не вышел бы за пределы этого кабинета.

Как часто им приходилось заминать подобные истории?

— Это неправда, — прошептала я, хотя, кажется, все присутствующие прекрасно понимали, что происходит. Они были по меньшей мере вдвое старше меня и наверняка повидали не один десяток таких влюблённых дурищ. — Ваше благородие, вы же понимаете…

— Это не имеет значения, правда это или нет, — спокойно перебил он. — Важно лишь то, что королева больше не желает видеть вас в Королевской Академии, именно Её Величество является нашим главным покровителем.