Грудь разрывалась после безумного бега, в боку нестерпимо кололо, и остановилась я лишь тогда, когда поняла, что ещё немного — и просто потеряю сознание. Медленно сползла по холодной стене, уже не замечая, что рыдаю, и вновь прошептала согревающее заклинание.

Ничего.

Я повторяла его снова и снова, пока не сорвала голос, и лишь тогда осознала, что уже давно ничего не вижу из-за бесконечного потока слёз. Меня трясло в истерике, лицо болезненно свело, и я вновь, в который уже раз, мечтала проснуться и понять, что всё это было лишь кошмаром.

Разбитое сердце было ничем, по сравнению с тем, что произошло на самом деле. Десмонд отобрал у меня фамильяра, точнее, установил с ним связь. Теоретически это мог сделать любой, но Великие Арканы почти никогда не меняли своей привязки, а нас с Торнаком связывало нечто куда большее, чем обычный союз. Когда он находился рядом, я чувствовала его почти так же ясно, как саму себя.

Как я теперь вернусь в академию? Как вернусь домой? Как посмотрю в глаза отцу, маме, сестрицам?

Торнак когда-то, много поколений назад, был связан с родом Равенкрофт, тогда их род обладал сразу двумя Великими Арканами, что делало его сильнее всех остальных, намного сильнее. Кто-то даже говорил, что однажды именно Равенкрофты займут королевский престол, но этого так и не произошло. Позже Торнак перешёл к нам, сразу возвысив наш род, приблизив его к королю и сделав одним из самых влиятельных в королевстве.

Практически все договорённости нашего рода — политические, экономические, даже социальные — держались на связи с Великим Грозовым Арканом. Именно благодаря ему мы получали свою магию и, конечно, обладали огромной военной мощью.

— Пожалуйста… пожалуйста… — молила я, вновь и вновь произнося заклинание, отчаянно надеясь, что именно сейчас оно сработает. Невозможное, чудо… пожалуйста.

Ничего.

Где-то глубоко внутри я всё ещё надеялась, что что-то можно изменить, и медленно побрела обратно к академии с пустыми руками, потому что подарок так и остался лежать в таверне. При мысли о том, что Десмонд откроет мои наивные любовные письма, прочитает их и просто выбросит, что-то болезненно царапало грудь, но я снова и снова заставляла себя возвращаться к этой мысли. Потому что заслужила.

Торнака я встречала по меньшей мере раз в неделю. Он приходил к академии со стороны леса — огромный зверь с густым меховым и птичьим покровом, совиными глазами. Больше всего Великий Аркан походил на медведя и обладал самой сокрушительной мощью среди всех, кроме, разве что, Линнурма — Аркана Холода и Времени, — но тот давно сошёл с ума и не подчинялся ни единому роду. Ходили даже слухи, что Линнурм поедает другие арканы.

Зачем, по какой причине Десмонд решил связать себя именно с нашим арканом? Только потому, что когда-то Торнак принадлежал его роду? Но ведь это было столько поколений назад…

О том, как Торнак тогда перешёл в наш род я не знала, я вообще не понимала как такое было возможно. Я только понимала что если бы я не отдалась ему хотя бы вчера, ничего бы не произошло.

За мной никто не шёл, никто не пытался остановить или догнать, наверняка они все сейчас веселились в таверне, отмечая совершеннолетие Десмонда, его связь с Арканом, да ещё и таким. В голове по какой-то причине вновь и вновь прокручивались слова Винсента, услышанные мной, когда я выбегала из таверны.

«Каждый раз смотрю на неё и вижу только эти кудряшки, прыгающие вверх-вниз, почти как у овцы».

Дурацкое, совершенно ненужное воспоминание, которое почему-то никак не желало исчезать.

— Торнак! — громко позвала я, когда добралась до леса за академией. В боку вновь кололо, тело пребывало в самом настоящем шоке, но мне казалось, что я просидела бы на опушке сутками, неделями, столько, сколько потребуется. — Торнак, выйди ко мне!

Лес стоял неподвижно, лишь изредка с тяжёлых ветвей ссыпался снег. В темноте потрескивали промёрзшие стволы, и каждый резкий звук заставлял меня вскидывать голову. Сколько времени я его звала, не знаю, но в какой-то момент в отдалении появилась огромная медвежья фигура со светящимися глазами. Он издал рёв, от которого небо тотчас содрогнулось громом, без единой капли дождя, поднялся на задние лапы, всего на мгновение, а затем вновь опустился, развернулся и ушёл, потеряв ко мне всякий интерес.

— Не уходи… Не уходи… — шептала я, не чувствуя… ничего.

Наша связь, которую ещё пару дней назад я ощущала так остро, больше не существовала, а вместе с ней исчезла и моя магия. Она не вернётся до тех пор, пока я не свяжу себя с другим Арканом… младшим Арканом, потому что мой Торнак теперь принадлежал Десмонду.

Как сообщить об этом родителям? Можно ли хоть что-то изменить?

В здание академии я вернулась только вечером, совершенно продрогшая и не способная вымолвить ни слова. Конечно, сравнение было нелепым, но мне казалось, будто я стала калекой — без связи с Арканом, без магии, без будущего. Даже без чести.