Я нигде не вижу Макса и не могу избавиться от ощущения, что он меня избегает. Это заставляет меня улыбнуться. Это своего рода забавно - иметь такую власть над кем-то.

Теперь мне просто нужно найти комнату для сна и принять приятный горячий душ. Потому что, несмотря на то, что думает Макс, я действительно поработала сегодня по дому. Я провел целый день, разбирая стены, осматривая сантехнику и оценивая ущерб, прежде чем поехать в город, чтобы посмотреть, есть ли у них какие-нибудь принадлежности, с которыми я мог бы работать. 

Я иду по коридору по другую сторону лестницы. Там висит большая фотография лохматой коровы. “Боже мой. Это чудовищно”. Корова практически в натуральную величину, настолько велика фотография.

“ Ты поднимешься наверх. 

Я прыгаю достаточно далеко, чтобы врезаться в стену. “ У тебя есть какой-нибудь другой уровень передвижения, кроме режима скрытности? Я вскрикиваю, роняя спортивную сумку. - Ты должен перестать вот так подкрадываться ко мне.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Макса, и у меня перехватывает дыхание. У него действительно потрясающая улыбка. 

Это там за мой счет? Конечно, это так, но ничего себе. Это is приятная улыбка.

Такие ровные белые зубы и даже две ямочки на щеках. Блин. Это несправедливо.

- Эта фотография коровы огромная, - говорю я, указывая на фотографию позади него.

Макс приподнимает бровь. - И к чему ты клонишь?

Я пожимаю плечами. В этом нет смысла. Это было единственное, что я смогла сказать. “Мне это нравится. Он выглядит как дружелюбная корова.

Рот Макса растягивается в улыбке. “ Я собираюсь принять душ, - наконец говорит он. 

Мне действительно нужно перестать пялиться. - Я не планирую прыгать с тобой.

Он краснеет от этого. “ Это не— я этого не делал, ” бормочет он. - Здесь только одна ванная.

Приятно видеть его взволнованным. Теперь моя очередь ухмыляться ему — пока до меня наконец не доходят его слова. “Одна ванная? Означает ли это, что нам понадобится расписание посещения туалета, чтобы ладить?”

“ Как насчет того, чтобы просто держаться подальше от ванной, когда мне это нужно? ” говорит он со смешком, проходя мимо меня. Его локоть касается моей руки, и я быстро втягиваю воздух, когда он открывает дверь в ванную. “ Я бы не стал ждать. Мне нравится использовать весь резервуар для горячей воды”.

Дверь захлопывается, и я подумываю постучать в нее. Но мне не двенадцать. 

- В эту игру могут играть двое! Я кричу ему вслед нараспев.

Дверь ванной резко открывается, и он высовывает голову, чтобы свирепо посмотреть на меня. - Не бери в голову никаких идей.

Макс исчезает обратно в ванной, а я остаюсь пялиться на деревянную дверь. 

Вздохнув, я беру спортивную сумку и тащусь наверх. Там есть большая мансарда с полноразмерной кроватью под окном. Я кладу свою сумку на кожаный диван у стены. Раздается щелчок, я оборачиваюсь и вижу Джима и Ларри, стоящих наверху лестницы. Джим, не теряя времени, подходит поздороваться, а Ларри даже делает несколько шагов в мою сторону.

И тут на меня накатывает волна тошнотворного, ошеломляющего, обжигающего нос скунса.

“ Во что ты ввалился? Я отскакиваю назад, когда Джим приближается в своей обычной дружелюбной манере. От обеих собак ужасно пахнет. И даже Ларри думает, что сегодня вечером получит от меня немного любви. Я протискиваюсь мимо них и сбегаю вниз по лестнице.

Раздается зловещее цоканье собачьих когтей по деревянным ступенькам, когда они несутся за мной.

Я хватаюсь за перила и в носках сворачиваю за угол. Я врезаюсь лицом в голую грудь.

Вскрикнув, я хватаюсь за что-нибудь, за что можно ухватиться, чтобы не рухнуть на пол. Макс ловит меня за талию, когда я обнимаю его. “Помогите. Скунс”.

Собаки лают, когда спускаются по лестнице. “ О черт, - бормочет Макс, принюхиваясь. “ Собаки. Грязелечебница”.

Их радостный бег внезапно прекращается, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть, как они медленно бредут в сторону прихожей.

Я вздыхаю с облегчением — и со свежим воздухом, — когда двое преступников исчезают за углом.

Наклоняясь вперед, я кладу голову ... на обнаженную грудь Макса.

Он прочищает горло, и я понимаю, что его руки больше не обнимают меня. Это я цепляюсь за него.

Я отскакиваю назад. - Почему ты голый? - спрашиваю я.

Он опускает взгляд на черные спортивные штаны, которые на нем надеты. - Насколько я знаю, на мне все еще надеты штаны, хотя ты изо всех сил старался их снять.

“ Я— ” я замираю. Это то, за что я пыталась ухватиться, чтобы удержаться на ногах — за штаны Макса. Точно. “Это очень красивые брюки. Замечательно. Ты в них выглядишь великолепно”.

Макс смотрит на меня с удивлением на лице.

“Мне очень жаль. Я запаниковала. Они последовали за мной наверх, и запах был такой ужасный”. Этот запах будет стоять у меня в носу неделями.