Недавно я преуспел в этом.

“ А если бы кто-нибудь из вас попытался повернуть все вспять? - Спросила я. - Если бы Селеста не была готова?

Взгляд Новы не отрывался от моего, твердый и непоколебимый. “ Мы могли бы. Но это было бы громче. Беспорядок. И это оставило бы следы”.

- Следы, - эхом повторил я.

“Подписи”, - пояснила Белла. “Магия запоминает, кто к ней прикасается”.

“ А кто обращает внимание на эти подписи? Тихо спросил я.

Нова не колебалась. - Кто-нибудь смотрит.

Тень Жрицы безмолвно маячила между нами.

Я медленно кивнула. - Тогда Селесте нужно сделать это до того, как она уйдет.

“ Да, ” сказала Нова. - И до того, как появятся нежелательные посетители.

Взгляд Ардетии на мгновение метнулся к потолку, к более глубоким оберегам. “Время имеет значение”.

“ Сколько у нас времени? - Спросил я.

Белла пожала плечами. “Трудно сказать. Возможно, несколько дней. Меньше, если заклинание стабилизируется дальше”.

Вот и все, что я сделал для того, чтобы уделять ей столько времени, в котором она нуждалась.

Мой пульс участился. - Значит, мы будем вести ее осторожно.

- Все мы, - сказала Нова.

Я моргнула. - Все трое?

Ардетия слабо улыбнулась. “Важны разные точки зрения. Я могу помочь ей понять структуру заклинания. Нова может помочь ей регулировать эмоциональный поток. Белла может держать это под контролем ”.

Белла постучала себя по груди. “И убедись, что никто не слишком увлекается магическим узлом”.

Впервые с тех пор, как я вошла в комнату, я рассмеялась. - Ей это понравится.

“ Мы ей уже нравимся, ” сказала Белла. - Что помогает.

Я снова протрезвел. “ Она напугана. Она не хочет никому причинять боль.

“Вот почему она этого не сделает”, - просто сказала Нова. “Страх не разрушает магию, но отказ чувствовать это разрушает. Вот почему высокомерие в магической работе редко идет по плану.

Я перевел дыхание. - Она скоро возвращается в колледж.

“Мы знаем”, - сказала Ардетия. “Вот почему мы начинаем немедленно”.

“ А если она не сможет закончить вовремя? - Спросил я.

Нова встретилась со мной взглядом. “ Тогда мы делаем паузу. Мы не форсируем события.

Я сглотнул. — Даже если это означает...

“Даже тогда”, - твердо сказала Нова. “Ее независимость важна. Особенно сейчас. Твой бывший гораздо менее важен, чем безопасность Селесты.

Я усмехнулся бесконечной честности Новы.

“ Спасибо вам, ” тихо сказал я. - Всем вам.

Белла подошла ближе и сжала мое плечо. “ Она не одна. Ты тоже.

Ардетия склонила голову. “ Мы встретимся с ней сегодня вечером. Осторожно. Никакого давления.

Нова улыбнулась с теплотой и уверенностью на лице. “Речь идет не о том, чтобы исправить ошибку. Речь идет о том, чтобы научить освобождению”.

- Благодарю вас.

Мы не убегали от опасности.

Мы относились к этому с осторожностью.

Без названия

Глава двадцать восьмая

Все, чего я действительно, отчаянно хотел, - это вернуть Селесту в кампус ее колледжа живой и невредимой.

Не завтра. Только не после еще одного разговора или еще одного магического осложнения. Я хотел аккуратной завершенности всего этого: ее рюкзак застегнут на молнию, ее уроки ждут, знакомая нормальность общежитий и кофейен и учебных программ, которые не включали древние Чары или случайную трансмутацию. Я хотел, чтобы она была где-нибудь, где самой опасной вещью, с которой ей пришлось бы столкнуться, был популярный тест или сломанный принтер.

Но Стоунвик никогда особо не заботился об аккуратных концовках, и ни один из них, по-видимому, не обладал магией.

Потому что, каким бы приятным это ни было, в глубине души, в маленькой, безжалостной части меня, наблюдать, как мой бывший муж прыгает вокруг, как самодовольная, самоуверенная амфибия, я знала, что он не сможет оставаться таким вечно. Даже если иногда это казалось кармической поэзией. Даже если вселенная редко ощущалась настолько согласованной с моими мелочными внутренними мыслями.

Когда-нибудь мы с Селестой посмеемся над этим. О ее первом случайном заклинании. О том, как ее отец на короткое время превратился в придурка с выпученными глазами и животом. Это стало бы историей, смягченной дистанцией и юмором, пересказываемой за вином или чаем с недоверчивыми покачиваниями головами и смехом.

Но этот день был не сегодня.

Сегодняшний день все еще казался хрупким.

Я тихо двигалась по Академии, замедляя шаги, пока здание вело меня, как, казалось, всегда, когда я была слишком близка к развалу. Воздух слегка потеплел, когда я подошла к кабинету из фойе, тому самому, где горел небольшой камин и стояли глубокие кресла, располагающие к засиживанию.

И вот она появилась.