“Это не значит, что это происходит”, - твердо сказал я. “Это значит, что Академия знает о нем. Вот и все”.

Стелла приподняла бровь. “Академия редко замечает что-либо непреднамеренно”.

“Я в курсе”, - ответил я. “Но намерение не означает немедленность”.

Прежде чем кто-либо успел продолжить спор, позади нас послышались шаги, сопровождаемые возмущенным, очень знакомым карканьем.

Мои плечи поникли.

Леди Лимора появилась в поле зрения, словно она владелица коридора: шелестящая бархатная юбка, безукоризненно уложенные серебристые волосы, глаза, сияющие восторгом человека, который обнаружил свежий хаос и намеревался насладиться им. Мара следовала следом, скрестив руки на груди, с многострадальным выражением лица. Вивьен уже делала пометки на плавающей странице. Опал практически затрепетала от любопытства.

И свисающий вниз головой с руки леди Лиморы...

— О, ради всего святого... - пробормотала я.

Громко прохрипел Алекс.

“ Я снова нашла его бродящим, ” жизнерадостно объявила леди Лимора. “ Пытался исследовать винный погреб. Смелый для человека без больших пальцев”.

Твоббл застонал. “ Почему он все еще амфибия? Я не могу достаточно выразить, насколько это заманчиво для фракции гоблинов ”.

Леди Лимора улыбнулась шире, обнажив клыки, и я почувствовала дрожь, но не за себя. За своего бывшего.

Мне пришлось напомнить себе, что Селеста спит, целая и невредимая, свернувшись калачиком в моей постели, как бывало во время штормов.

И все же я была здесь, стояла на рассвете в классе темных искусств, обсуждая назначение преподавателей теории для злейшего врага Стоунвика, в то время как мой бывший муж болтался вниз головой в Академии на кончиках пальцев древнего вампира.

Все сразу вернулось на круги своя.

Абсурдность.

Опасность.

Тот факт, что Алекс был в здании.

Тот факт, что Гидеон пытался уйти.

Тот факт, что какая-то часть меня этого не хотела.

Леди Лимора склонила голову набок. - Ты выглядишь бледной, дорогая.

“Я перевариваю”, - честно ответил я.

Алекс слегка качнулся и снова прохрипел, а мой отец недовольно фыркнул из коридора.

Я потерла виски и перевела дыхание, успокаивая себя камнем под ногами, постоянным присутствием Академии, знанием того, что Селеста пока в безопасности.

По какой—то странной причине — нет, по нескольким очень понятным и тревожным причинам - я пытался убедить врага Стоунвика не уходить.

Я подняла взгляд и встретилась взглядом с Гидеоном через всю комнату.

Он не выглядел торжествующим.

Он не выглядел довольным. Он выглядел… смирившимся.

И это выбило меня из колеи гораздо больше, чем когда-либо высокомерие.

“ Мы не будем делать это здесь, ” тихо сказала я, больше для себя, чем для кого-либо другого. - Не прямо сейчас.

Академия загудела, глубоко и терпеливо, словно соглашаясь.

Где-то внутри каменного здания уже формировались решения.

И у меня было неприятное чувство, что, как бы громко Твоббл ни протестовал, как бы твердо я ни настаивал на обратном, Академия уже начала расставлять фигуры обратно на доске.

Мы начали выходить из класса, как это делают люди после спора, который на самом деле так и не закончился, разговоры пересекались, решения казались случайными, хотя на самом деле таковыми не являлись.

Я не успела сделать и трех шагов, как леди Лимора радостно всплеснула руками, чуть не ударив моего бывшего в живот. Опал ахнула и выхватила его у леди Лиморы, прежде чем он превратился в блин-амфибию.

“ Что ж, ” сказала она, уже поворачиваясь к Гидеону, “ если ты уезжаешь, мы непременно должны помочь тебе собрать вещи. Нет смысла делать это наугад. У Академии есть свое мнение на этот счет.

Ардетия кивнула, спокойная и практичная. “ Я могу помочь организовать амулеты для путешествий. Оставлять ненадлежащим образом защищенным было бы ... неразумно, а мой был бы меньшей мишенью.

С усмешкой вмешалась Белла. “ Я прослежу, чтобы он не забыл ничего важного. Люди всегда забывают о единственной вещи, которая имеет значение”.

Твоббл выпятил грудь. “ Я присмотрю. Кто-то должен быть уверен, что он не ускользнет с чем-нибудь зачарованным.

Я резко остановился.

— Что... - начала я, затем запнулась, поняв, что Гидеон не возражает.

На самом деле, он выглядел… довольным.

В его позе появилось оживление, искра чего-то почти облегченного, как будто решение было принято за него и он мог наконец перестать притворяться, что это не так. Его взгляд метнулся к моему, быстрый и оценивающий, как будто проверяя, заметила ли я.

У меня было.

“Вы все очень эффективны”, - беспечно сказал он. “Я и не предполагал, что мой отъезд потребует таких коллективных усилий”.

Леди Лимора махнула рукой. - Мы очень гостеприимны, особенно в том, что касается выходов.